Вадим Льдов обнаружил рано утром в луже крови: лицом вниз между столом учителя и ящиком географических карт. Его солнечный оранжевый джемпер выделялся на серых стенах класса и черных парт, придавая печальную картины атмосферу тьмы и разорения.
Но это и понятно – расстроились, все-таки Льдов был для них, как я понял, авторитетом.
– А ты с говорил Земцовой?
– Нет, а что?
– Ты хотя бы знаешь, где она?
– Знаю, она в квартире Белотеловой – кое-что проверяет.
– Я недавно перезванивался с нею – в доме Белотеловой совершено убийство, Земцова там одна, а ты пытаешься подсматривать за подростками…
– Какое еще убийство?
Крымов ответил, намеренно сгущая краски, чтобы испугать Шубина.
– Так ее что, ранили?
– Да ладно, успокойся… У меня сейчас важная встреча, а ты поезжай на Некрасова…
– У меня есть адрес, все, я поехал…
Игоря сначала не пускали на территорию дома – вышел охранник в камуфляжной форме, от которого разило пивом, и сказал, чтобы он представился.
Пересекая желто-синий от бликов и ночных теней тихий двор, пахнущий высаженными в клумбах пионами, Игорь на ватных ногах поднимался по лестнице, ничего не понимая и ожидая услышать от Белотеловой любые, даже самые неприятные новости.
Но, увидев за румяной и здоровой хозяйкой такую же раскрасневшуюся, плавающую в горячих кухонно-чесночных ароматах Земцову, он понял, что Крымов скотина и все это придумал, просто чтобы снять с себя ответственность по ведению «белотеловского» дела.
– Игорек, как хорошо, что ты пришел… – Юля обняла его и прижалась к нему, как если бы они не виделись сто лет. – А то мы тут изнываем от скуки. Понимаешь, – говорила она, увлекая его за собой в кухню, где на большом блюде розовела запеченная курица, от которой и шел этот дивный аромат, – мы с Ларисой пережили стресс, а теперь пытаемся восстановить силы и пьем спирт, чтобы разбудить в организме гормоны счастья… Присоединяйся к нам… Сейчас не время для серьезных разговоров, тем более что здесь все равно, как говорится, без поллитры не разберешься.
Шубин и сам был бы рад поужинать в спокойной обстановке, да еще и в окружении таких прелестных подвыпивших молодых женщин, однако что-то все-таки во взгляде Юли было нехорошее, тревожное, чего она так и не смогла скрыть даже под блеском кажущихся веселыми глаз.
– Садитесь, Игорь, сейчас я дам вам тарелку… Вот курица, зелень… А вот и салат, который приготовил нам один невоспитанный молодой человек со страшной фамилией Зверев… – говорила счастливым голосом Лариса, доставая из зеленовато-мраморного буфета хрустальные солонку и перечницу.
