Семерка замерла снова и дышала с трудом. Молодой человек в жилете и золотых очках подал лопаточкой стопку фишек: "Ваш выигрыш!" Затем беззаботным голосом продолжил приглашение к ставкам. Атмосфера здесь была необычайно живой, как будто каждый житель этого клуба тайком от мира знал свои шансы на победу....
Ваш намек на него не мог не подействовать. Теперь вы должны исчезнуть, притом мы обставим это так, будто вас тоже убили.
Копылов передернулся: хотя ему и приходилось сталкиваться со смертью, но произносить такие слова, как «убийство», вслух он очень не любил. Особенно если это слово хотя бы косвенно относилось к нему…
Заметив его реакцию, Парамонов усмехнулся:
– Не бойтесь, вам совершенно ничего не грозит. Это будет всего лишь инсценировка, рассчитанная на Вахмистра. Пусть он почувствует, что остался один, совершенно один… пусть он замечется.
Копылов взглянул на своего собеседника и озабоченно произнес:
– Он-то, может быть, и наделает ошибок, да только и у нас все не так гладко, как хотелось бы. Все время происходят какие-то сбои, какие-то незапланированные эпизоды. То шантажист этот вылез, старый козел! То сама наша фигурантка проявляет подозрительные способности… Не может так долго выезжать простая неподготовленная девчонка на одном везении.
Евгений Иванович пожал плечами:
– Человеческий фактор, его не сбросишь со счетов… Шантажист – это досадная случайность. Очень хорошо, что мы вовремя о нем узнали и смогли нейтрализовать. Иначе он спутал бы нам все карты. А что до девушки – уж такая она везучая и способности большие от природы. И мы это прекрасно используем.
– Может быть… – протянул Палыч, – только мне очень не нравится отчет вашего человека об операции в башне на Садовой. Кто мог испортить винтовку? Нет ли здесь еще какой-то силы, о которой мы ничего не знаем?
– Не волнуйтесь, Виктор Павлович, – Парамонов демонстративно посмотрел на часы, – ситуация у нас под контролем.
Вечером меня ожидал новый сюрприз. Отец, как обычно, смотрел вечерние новости и позвал меня. Он в последнее время стал как-то контактнее и по-прежнему никак не комментировал мой новый образ жизни. Матери я сказала, что уволилась из магазина и теперь ищу работу получше. Она только пожала плечами – делай, мол, как знаешь.
В новостях снова вспоминали пропавшего профессора Шереметьева. Профессор нашелся. То есть не он, а его труп. Так, по крайней мере, утверждал ведущий. Оказывается, машину профессора обнаружили за городом, возле дачного поселка Нелидовка. Сгорел крайний дом, и в нем обнаружили два трупа. Пожар был еще в среду, но трупы так обгорели, что узнать их не было никакой возможности. По предположениям, женский труп принадлежал хозяйке дачи, одинокой женщине средних лет.
