Семерка замерла снова и дышала с трудом. Молодой человек в жилете и золотых очках подал лопаточкой стопку фишек: "Ваш выигрыш!" Затем беззаботным голосом продолжил приглашение к ставкам. Атмосфера здесь была необычайно живой, как будто каждый житель этого клуба тайком от мира знал свои шансы на победу....
Отец с утра поехал на строительный рынок – он вечно покупает какие-то реечки, досочки, что-то мастерит на даче. Мать, как обычно, удалилась на кухню и мне не мешала. Я осталась довольна покупками, переоделась, привязала под пальто к животу пистолет и собралась уходить.
– Мама… если я долго не вернусь… там в ящике…
– Что – в ящике? – спросила мать из кухни.
– Сама найдешь! – крикнула я на бегу, сочтя свой долг выполненным. Если киллер окажется удачливее меня, у родителей будут деньги, которых им хватит надолго.
В большую тяжелую дверь дома с башней сплошным потоком вливались посетители. Примерно половину этого потока составляли молодые или моложавые прилично одетые женщины с портфелями и папками – бухгалтеры, направляющиеся в районную налоговую инспекцию. Вторую половину – немолодые и плохо одетые люди – посетители районного жилищного управления и других административных служб, в основном старики, приватизирующие свою нищенскую жилплощадь, чтобы оставить хоть какое-то наследство любимым внукам.
"Тех и других посетителей дома с башней объединяло выражение озабоченности на лицах. Бухгалтеры, кроме портфелей и папок, были вооружены коробками конфет, без которых к налоговому инспектору лучше не подходить.
Влившись в дружный поток посетителей, я вошла в дом. Внутри поток протекал сквозь металлическую раму, определявшую наличие металла. Возле рамы скучали два охранника в форме. Рама звенела почти все время – многие дамы-бухгалтеры были увешаны цепочками, пряжками и прочей металлической амуницией.
Я поднялась на четвертый этаж.
