Семерка замерла снова и дышала с трудом. Молодой человек в жилете и золотых очках подал лопаточкой стопку фишек: "Ваш выигрыш!" Затем беззаботным голосом продолжил приглашение к ставкам. Атмосфера здесь была необычайно живой, как будто каждый житель этого клуба тайком от мира знал свои шансы на победу....
А потом мысли мои приняли совершенно другое направление.
Ненаглядный, как я уже говорила, всегда приглашал меня в квартиру своего приятеля, работавшего за границей, потому что жил он, опять-таки по его рассказам, с матерью и сестрой, и встречаться там было нельзя. Но мне понадобилось немного времени для того, чтобы сообразить, что квартира никак не могла принадлежать молодому мужчине. Ну, допустим, приятель, уезжая, забрал с собой все свои вещи – одежду, бритву и остальные предметы мужского обихода.
Книжки в секретере стояли сплошь про вязание и диетическую пищу, на простынях, которыми ненаглядный застилал старый продавленный диван, я заметила вышитую монограмму – очень красивые две буквы – «Г» и «О». Все эти вещи я осознала не сразу, потому что ненаглядный никогда не оставлял меня в квартире одну. Мы встречались по средам и субботам – это он завел такой порядок. По средам наскоро пили чаек с бутербродами и укладывались в постель, проводили там часа два, после чего ненаглядный подвозил меня до дома, но никогда не поднимался, чтобы познакомиться с родителями.
По субботам же ненаглядный встречал меня после работы, мы заходили в магазин и покупали для ужина какие-нибудь полуфабрикаты, чтобы меньше готовить. Сексом мы занимались не спеша, потому что в субботу родители были на даче и я могла остаться ночевать у ненаглядного – некому было дома орать, что я такая-сякая и где-то шляюсь по ночам.
"Так вот, все это время ненаглядный так ненавязчиво в этой однокомнатной запущенной квартирке за мной присматривал. Он, как я уже говорила, не только не выходил ни в магазин, ни мусор вынести, пока я в квартире, но даже в комнате меня одну старался не оставлять. И всегда сам доставал белье из шкафа и посуду из серванта.
