Мне повезло свести концы к концам со своим бабуляком, ведьмой Катериной Леснянской. Ее памятник сияет в полдень, словно залит кровью всех, кто приходил помянуть ее. Над могилой развесили красные гвоздики — символ примирения и покаяния. Здесь жестокий мир соседствует с тихим, но сильным миру непонятным миром ведьм....
Хе-хе!
– То, что ты у своих четырех мужей ежедневно видишь, – иронично фыркнула одна из родственниц постарше.
– Кошмар! Как теперь жить, когда не знаешь, что она там увидела? – продолжила горячую тему другая горгула. – Одно дело предполагать, другое – знать точно. Ну разве нельзя было написать, мол, было у него то-то и то-то? А теперь живи с этой тайной и страдай от неизвестности.
Я внимательно оглядела расстроенно-возмущенно-неудовлетворенных слушательниц. Они смотрели на меня, поджав губы, словно это я зажала интимную сцену и оставила загадку столетия нераскрытой.
– Что? – укоризненно спросила я.
С расстройства громко захлопнула гримуар, лежавший на столе, и наткнулась на его мерзопакостную ухмылку, по которой до чесотки захотелось съездить чем-нибудь тяжелым. Гримуар, слушая выказывающих недовольство женщин, вытянул губы уточкой и демонстративно зачмокал, изображая то ли поцелуйчики, то ли что-то гораздо более занятное.
– Слышишь, ты, пошляк, ешь лучше свой клей! – разозлилась я и запихнула трубочку ему в рот.
Вскоре клей в тарелочке закончился и раздались громкие противные звуки засасываемого в трубочку пустого воздуха. И было в этой гримуаровой выходке столько зловредного веселья, что я не выдержала:
– До сих пор не понимаю, как у ведьминского рода, главных мужененавистниц Мирея, появился гримуар-наставник мужского рода? Может, нас боги за что-то наказали?
Рот гримуара тут же возмущенно и удивленно округлился, затем этот губошлеп презрительно фыркнул, обрызгав меня остатками клея.
– А в морду? – Я злобно нависла над наглым гадом, вытирая лицо."
"«Губы» привычно юркнули под корешок и уже оттуда дернулись уголком в победной ухмылке. Типа попробуй достань, ведьма недоделанная!
– Ой, не обижай его, Елечка, он же такой замечательный! Столько всего знает и умеет… – бросилась на помощь гримуару Аниша, моя подопечная и воспитанница. Нежная и ласковая светлая ведьмочка.
