Автор
До того времени я считала, что могу жить по своим собственным правилам, пока не встретила Габриела и его бездомную собаку. Мы спасли их в один и тот же день, и наши жизни навсегда срослись вместе. Но затем у меня начались непредвиденные перемены, и я обнаружила, что не могу отделаться от этих двух созданий. Теперь они как две части моей судьбы — частью которой стала жизнь Габриела....
Отвечая ему, я постаралась вложить в свои слова как можно больше чувства собственного достоинства:
— Я хотела бы узнать, какое у вас ко мне дело.
Как только у него взяли лошадь, он подошел ко мне, улыбаясь почти заискивающе.
— Позвольте мне выразить удовольствие от того, что я снова вижу вас.
— Если вам угодно.
— Вы все еще злитесь на меня?
— Я не забыла некоторые замечания, сделанные вами перед моим отъездом.
— Значит, вы обиделись?
— Учитывая их оскорбительный характер — безусловно.
— Мне очень жаль, что так вышло.
— Неужели?
— Миссис Кэтрин, как настоящий йоркширец я привык, говорить без обиняков. А так как вы тоже из Йоркшира, значит, вы тоже человек прямой. Ведь мы с вами не утонченные южане, чтобы облекать наши мысли в приукрашенные фразы. Я не хочу притворяться, будто у меня манеры и стиль поведения лондонского джентльмена.
— Уверена, что притворяться было бы бесполезно.
Он засмеялся.
— У вас острый язычок, миссис Кэтрин.
Мне нравилось, как он обращается ко мне.
— Я надеюсь, что он не уступит вашему, в то время, как мы время от времени вынуждены будем общаться с вами.
— Надеюсь, таких случаев будет немало, и упражнения в острословии не позволят затупиться нашему уму.
— Так что вы хотели сказать мне?
— Я хотел попросить у вас прощения за некоторые неподобающие замечания, которые я сделал в прошлый раз. Еще я хотел бы поздравить вас и пожелать вам хорошего здоровья и счастья.
— Вы что же, изменили свое мнение обо мне?
— Думаю, никогда этого не сделаю. Я всегда восхищался вами. Но я искренне прошу у вас прощения. Позвольте мне объясниться. Скажем так — я испытывал горечь и злость оттого, что потерял человека, которого считал своим братом. А в гневе я всегда теряю контроль над тем, что говорю, миссис Кэтрин. Это одна из моих недостойных черт, которых, я думаю, у меня и без того предостаточно.
— Давайте больше не вспоминать об этом случае.
— Значит, вы прощаете меня и забудете обо всем?
— Простить легче, чем забыть. Первое я вам обещаю. А второе… возможно, со временем.
— Вы так великодушны, миссис Кэтрин. Я этого не заслуживаю. А теперь я хотел бы попросить вас об одолжении.
— Неужели?
— Не для себя, — поспешно добавил он, — а для моей бабушки. Она просила вас навестить ее.
— Это вряд ли можно было понять как просьбу.
Он засмеялся.
— Вы должны простить ее стиль.
