В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
Почему-то её взгляд искал только одного волка — противного Скульского.
Увы! — или к счастью? — но его она видела за эти два дня ровно четыре раза — трижды за столом и когда Нижнедольские собирались уезжать домой.
Вот как так-то? Всем было весело и интересно — и маме, и братьям, и Стефании!
Ей же пришлось все дни сопровождать отца и присутствовать при скучных деловых разговорах.
Она такие планы строила на эту поездку, а получила сплошное разочарование!
Удружил, папа, нечего сказать. Да она часы считала до отъезда!
Сам посёлок ей понравился, понравился уровень жизни местных волков.
Вся семья, кроме неё, прекрасно провела время.
Так несправедливо!
— Ну что, — на обратной дороге подмигнул Стефании отец, — вижу, у вас с Артёмом всё хорошо?
Девушка порозовела и кивнула.
— Я рад. Мать, что скажешь?
— Это же второй бета? Хороший волк, — ответила та. — Его и Луна хвалила.
— Я тоже обратила внимание, но он мне… никак, — отозвалась Стефания. — У меня Артём есть! — и добавила с тревогой. — Вы же не будете настаивать на… племяннике?!
— Нет, дочь, не будем, — ответил отец. — Лично меня любой волк из этой стаи устроит, лишь бы он тебе по сердцу пришёлся.
— И я не возражаю, — поддержала мать.
— В общем, — подвёл итог Виктор, — как сама решишь, с тем и будешь. Мы с матерью вмешиваться не станем.
— Опять всё Стеше! У неё-то снова хорошо, а у меня? — не выдержала младшая. — Я тоже хочу встретить пару, тоже хочу любви и свиданий! За что ты меня наказал?
— Это было не наказание, а превентивная мера, — ответил альфа, останавливая машину. — Вот мы и дома. Так, щенки, — сыновьям, — переодеваться и в распоряжение Сергея. Два дня отдыхали, пора навёрстывать.
Мать кивнула.
— Стешу забери, пусть помогает.
А затем повернулся к Серафиме:
— Идём в кабинет, объясню тебе кое-что с глазу на глаз!
— А переодеться?
— Это ненадолго. Идём!
«Луна, что он ещё придумал?» — раздражённо подумала Серафима.
— Садись, — волк кивнул на стул. — И слушай.
Сима заняла указанное место и выжидательно посмотрела на отца — ох, сдаётся ей, ничего хорошего её не ждёт.
— Я люблю тебя, дочь.
