В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
Что бы ты себе не надумала, люблю наравне со Стешей, с Димкой и с Никитой, — начал альфа. — Но ты меня огорчаешь чаще, чем другие волчата. Это не значит, что ты плохая, просто ты ещё очень молода и не всегда умеешь вовремя остановиться. А я не всегда успеваю помочь или подсказать.
Сима от удивления замерла, а от следующей фразы отца едва не поперхнулась
— Тебе нравится этот волк, Артём."
"— Да ты что? Вот ещё?! Он меня раздражает! — взвилась волчица. — Я его видеть не могу!!!
— Он. Тебе. Нравится, — припечатал Виктор Нижнедольский.
— За что?!! — слёзы брызнули из глаз, в носу защипало.
Как несправедливо!!! И он ещё говорит, что любит её так же, как других детей!
— Я хочу добра и тебе, и Стеше. Волка нельзя поделить, понимаешь? У Артёма с твоей сестрой всё налаживается, ты, увы, лишняя. И чтобы ты не сделала то, о чём потом пожалеем все мы, чтобы не помешала сестре, я был вынужден держать тебя рядом.
Волк приблизился к съёжившейся дочери и присел перед ней. Теперь их глаза находились на одном уровне.
— Он не твой, Сима.
— Он мой потенциальный! — всхлипнула волчица.
— Но он не нашёл отклика, понимаешь?
— Мама говорила, что выбирает самка! — Сима стиснула оборку платья. — Я… Мы с моим зверем выбрали Артёма!
— Так бывает, — ласково ответил отец, — не всегда притяжение совпадает. Стеша тебя опередила. Но это не её вина и не твоя. Так получилось, понимаешь?
— Но пока они не обменялись метками, всё ещё можно изменить!
— Вот этого я и боялся, — вздохнул волк. — Сима, ты не оставляешь мне выбора! Пойми, это уже не твой волк!
Оборотень выпрямился и навис над Серафимой.
— Властью, данной мне по праву сильнейшего в стае и по праву твоего отца, я запрещаю тебе даже смотреть на Артёма Скульского! Он — чужой волк, запомни это! Детство кончилось, Серафима, пора взрослеть.
Девушка беззвучно плакала.
— Это ради твоего же блага, дочь! И не вздумай поделиться своими чувствами с сестрой! Стеша ни о чём не должна догадываться, иначе мой гнев ты можешь и не выдержать. Поняла?
— Сима всхлипнула и кивнула.
