В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
«Молчи!» — отмахнулась от неё Стефания и, перелистывая страницу, вернулась к размышлениям.
И, во-вторых, ревновать волка к человечке?! Кому расскажи — на смех поднимут. Это как закатывать мужу скандал — почему он по будням обедать ходит в столовку, а не домой? И фигня вопрос, что столовка за углом учреждения, где трудится благоверный, а до дома полчаса на троллейбусе. Женат? Значит обязан есть только то, что приготовила супруга, иначе это измена!
О чём это она? А!
Если домработницы у них нет, то зачем сохранять эту комнату? Выкинуть мебель, пусть стоит пустая — вот так она думала.
Но альфа одним махом убил сразу двух зайцев.
Мало того, что в особняке теперь ничто не напоминало о Лидии, так и она, Стефания, получила возможность нормально работать, не выходя из дома. Все документы под рукой, параллельный телефон здесь же, не надо выскакивать в прихожую или бежать на второй этаж, не надо отправляться в поселковую контору. И посетительниц принимать удобно — дверь в новый кабинет Луны сразу у входа.
Деликатное покашливание привлекло внимание волчицы. Стеша вынырнула из размышлений и обнаружила, что Тамара по-прежнему мнётся возле двери.
— Что-то ещё? — Луна клана вопросительно посмотрела на Тошину. — Или ты думаешь, что я не доверяю, поэтому перепроверяю твои расчёты? Это не так, я не сомневаюсь в твоей добросовестности. Просто хочу освежить в памяти наши расходы.
Но жена первого беты продолжала топтаться у стола.
— Тамара Игнатьевна, не тяни! — не выдержала Стеша. — Ночью в посёлке что-то произошло?
— Ничего такого, — потупив глаза, прошелестела волчица.
— Должно скоро произойти?
— Н-нет.
— Происходит прямо сейчас?! Мать-Волчица, да не молчи уже!!! Тамара!
— Вы не так меня поняли, Луна — никаких неприятностей нет. По крайней мере, насколько мне известно. Я хотела бы поговорить о вас… То есть о вашей паре. Простите, что лезу, но матери рядом с вами нет, некому подсказать.
— Вот как? — от сердца отлегло — она-то уже навоображала приближение глобальной катастрофы.
— И о чём же ты хотела со мной поговорить?
— О вас с Борисом Александровичем. Понимаете, Стефания Викторовна, мы все вот уже неделю пребываем в глубоком недоумении — что у вас произошло? Почему, объявив, что вы — истинная пара, вы не спешите друг друга пометить? Это пугает семейных и, — Тамара сглотнула, — даёт надежду свободным самкам.
— Кому-у? — удивилась Стефания. — Где они раньше были, эти свободные?
— Я не про наших, про поселковых. Я про приезжих.
