В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
Сядь! — волк крутанул растерянную девушку и несильно толкнул назад.
Стеша невольно попятилась и, натолкнувшись на препятствие, плюхнулась на него.
Стул!
Мог бы и поаккуратнее! У-у, деспот!"
"Но вслух это она, конечно же, не сказала. С альфой, тем более, чужим альфой, следует всегда держать ухо востро и соблюдать субординацию.
Даже самке.
Тем более самке.
— Я тебя выбрал, — произнёс Ардарский, и её сердце пропустило удар.
— Что?! Но я… И Артём…
— Я. Тебя. Выбрал, — раздельно повторил волк. — Про бету забудь.
— Какое? — беззвучно, одними губами, но Борис услышал.
Или догадался, что она может спросить.
— Он принял тот факт, что ты не для него, и вы никогда не будете парой. Поэтому решил на время уехать, заняться делами клана в соседней области. Понял, что не должен давать ложные надежды и маячить у тебя перед глазами.
— Папа…
— Виктор в курсе. Если честно, я думал, что он тебя подготовит, но видимо, не хватило духу, — Ардарский с досадой тряхнул головой.
— Я не хочу ни привыкать, ни принимать! — словно вырвавшись из вязкого сна, взвилась Стефания. — Я сейчас же возвращаюсь домой!
— СЯДЬ!
И снова сила альфы заставила подчиниться.
Едва не плача от обиды и унижения, Стефания вернулась на стул и сжала пальцы в кулачки.
«На за что!!! Не останусь! Они не могут держать меня силой, это против правил! И папа… Как он мог?»
— Прекрати истерику!
Стеша подавилась всхлипом.
— Ты — совершеннолетняя волчица, а ведёшь себя, как сеголеток! — альфа приблизился и навис, давя энергетикой, путая мысли и чувства. — Я тебя выбрал своей самкой! И согласился на условие твоего отца — дать тебе время привыкнуть, почувствовать меня, как свою пару.
