В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
От таких перспектив любая другая волчица уже визжала бы от счастья!
— Я не любая! — огрызнулась Стеша.
— Не любая, — согласился Борис. — Поэтому-то я и обратил на тебя внимание.
— Но у меня уже есть волк — Артём! Мы приняли друг друга, и вы не можете нас разлучить, это не по обычаю!
— Хочешь сказать, Скульский уже поставил тебе метку? — взгляд Бориса буравил, не позволяя свободно дышать. — Метки нет! Но может быть, мой бета назвал тебя своей парой перед родителями — своими и твоими? Тоже нет! В таком случае, я могу заявить на тебя права! И добиваться взаимности!
— Я никогда не приму тебя… вас! Никогда!!! Немедленно выпустите меня, я иду к отцу, и вместе мы сейчас же уедем!
— Так любишь своего Артёма? — выгнул бровь Ардарский.
— Да!
— А он тебя?
— Да!!!
— Тогда давай договоримся.
— Мне не о чем с вами договариваться! — было страшно, но Стеша упрямо вздёрнула вверх подбородок и даже не отвела глаз, когда пересеклась взглядом с альфой.
— Храбро! — почему-то довольно улыбнулся волк. — Но договариваться нам придётся.
— И позволите нам с Артёмом обменяться метками? — в волнении Стефания облизала враз пересохшие губы. — Разрешите Тёме перейти в клан моего отца, потому что жить в одном посёлке с вами я не буду?
— Да.
— Обещаете?
— Обещаю, — волк был предельно серьёзен. — Но и ты обещай, что у меня не будет с тобой проблем! И о нашем уговоре никто не должен знать, кроме нас троих: тебя, твоего отца и меня.
— Хорошо.
— Ещё — обращайся ко мне на ты.
— Ладно, — помявшись, ответила Стеша. — Я смогу покидать посёлок, или мне придётся два месяца торчать тут безвылазно?
— Конечно сможешь, ты же не в плену, — фыркнул волк. — Стефания, я не тиран и не собираюсь сажать тебя на цепь или запирать в клетку! Есть определённые правила — соблюдай их, как и наши договорённости, и в остальном ты ни в чём не будешь знать отказа.
