В свете мерцающих ламп и улыбающихся лиц гостей, Натаэль Зика распутывала любовный треугольник между ненавистью и тихим стремлением к пониманию. Сюжет шел от злобы до любви, создавая непростые отношения, где каждый вынужден был признать, что счастье — это десерт после долгой, трудной еды....
— А почему тогда ты решила заговорить здесь и сейчас, рискуя привлечь ненужное внимание альфы? Почему бы не подождать, когда я вернусь в спальню?
— Потому что дело не терпит отлагательства, а в спальню вы хорошо если после обеда заглянете, — прошептала человечка и, повернувшись к выходу, отчётливо продекламировала: — Конечно, госпожа, я сейчас же сменю постельное бельё!
После чего вышла.
Стеша машинально жевала, размышляя — при чём тут простыни и наволочки?
О! Это же повод прямо сейчас пойти за домработницей, якобы проконтролировать выполнение приказа! Воспользоваться нейтральным предлогом, чтобы посетить спальню, а то действительно, обычно она, Стеша, туда возвращается ближе к ночи.
Хоть узнать, наконец, что случилось.
Или скоро случится…
Явно нечто серьёзное, иначе Лидия не рисковала бы, затевая разговор под прицелом камеры. Дождалась бы вечера.
Сунув в рот ещё пару ложек запеканки, совершенно не чувствуя её вкуса, волчица торопливо запила комок остывшим чаем и покинула столовую.
Лидия на самом деле перестилала постель, но стоило Стеше войти, как женщина, воровато обернувшись в сторону окна, торопливо произнесла.
— Вы любите Бориса Александровича?
— Что? — от изумления у Стефании на секунду даже дар речи пропал.
Человечка сошла с ума?
— Не поймите превратно, — домработница выпрямилась, на несколько мгновений их глаза пересеклись. — Прежде чем продолжить, я должна узнать, какие чувства вы испытываете к моему хозяину.
— Уважение, — осторожно ответила волчица, лихорадочно размышляя — не провокация ли это?
— Я про чувства.
Провокация?
И что ответить? Правду — любви и в помине нет? Есть уважение и едва зарождающаяся симпатия. И то только потому, что волк ведёт себя безупречно.
Но вдруг альфа в курсе расспросов Лидии, ответ ему не понравится, вожак рассвирепеет и отменит соглашение? В исключительных случаях альфа имеет право поставить метку, не спрашивая желания волчицы, если уверен, что она его истинная. Борис почему-то в этом не сомневается. Он и так идёт ей навстречу и точно не оценит неблагодарность…
Соврать, мол, души не чаю? Тоже не лучше. Ардарский может вообразить невесть что и ускорить процесс.
