Поход Отто – это было то, о чем мы все время друг другу рассказывали, я пошел учиться, потому что Отто, получил диплом, потому что Отто, и сейчас, столько лет спустя, Отто меня преследует снова. Я не понимал, отчего вы его не знаете, он ведь ваш, хотя и немец. Князь Отто. – Фалда встал и подошел к окну. – Это он связывает нас всех: рыцарь, святой, богоискатель. Есть на кого равняться, извините. И вы для меня напишете о нем, так, как я бы сам это написал. Потому что я не покупаю ваше перо или знания, покупаю ваше время. Пани Ивона, вы дадите господину папки и деньги и проследите, чтобы работа была сделана. Прощайте.
Третья потащила Кароля в сторону выхода. Он задумался, не Фалда ли отрубил ей пальцы. Глупость. Они вышли из дома, башни отбрасывали глубокие тени, словно вечер должен был наступить раньше, посреди дня. Третья достала из багажника сумку, набитую ксерокопиями книжек. Подала ему конверт, полный сотенных. Всю дорогу обратно на Кармелитскую он крутил конверт потными руками. Третья не предложила отвезти его куда-то еще, а он не осмелился попросить.
Когда они остановились, он спрятал деньги в безопасное место. Третья уехала, не сказав ни слова. Он остался на улице с сумкой ксерокопий и пачкой сотенных в трусах.
13Окна больницы выходили на деревья. Он спросил, где лежит Лидия Липеньская. Соседки по палате отреагировали ворчанием на его приход. Вокруг головы тетки дрожали огоньки. На ноге тысячи красных мурашек соединялись, разделялись и проникали друг в друга. Он сел и с наслаждением впитывал ритм больницы, где сестрички размеренно кружили от палаты к палате, словно стражники, присматривающие за приговоренными к смерти.
Лидия проснулась лишь раз, когда он уже выходил.
– Осторожно. Эта тут рядом ворует шоколад, – произнесла она и тут же вновь провалилась в сон.
В этот вечер он отправился в кабак один, выпить и подумать. Симпатичная девушка спросила, не угостит ли он ее выпивкой, но он отказался.
14Кароль подготовил себе рабочее место – отключил монитор и уселся на диване с лэптопом на коленях. Вокруг себя разложил бумаги. Нике не слишком понравился такой захват пространства, но он пообещал ей закончить как можно быстрее и показал расписанный план. Собирался уложиться в два месяца и попросил, чтобы ему не мешали. Лидка, окрепшая после пребывания в больнице, признала такой расклад честным и обещала держать Яся подальше. Ника не сказала ничего.
Первым делом он пробил Фалду, но интернет знал о нем немного. Происходил он из Болгарии, откуда попал в Польшу, из которой, в свою очередь, поехал в Германию, где прошел путь от разнорабочего до президента строительной фирмы.