Их почитать должны, а у людей у всех характеры разные, вот и опасаюсь я того, что может быть. Ну, ничего, наверное, все же больше будет нормальных людей, но ты же понимаешь, что война это вообще не нормально, а уж такая, как сейчас идет…
Я на самом деле об этом частенько думал, даже с Петровичем делился. Тот, кстати, рассказывал, что «наверху» и об этом думают. Сказал, что Сталин обсуждал такую проблему с соответствующими людьми. Так что без внимания партии проблема не останется."
"Гулять и отдыхать с родными хорошо, но кто же мне просто так даст дуру гнать? Ладно хоть успел столяра хорошего найти, давно обещал мебель в квартире сменить, да и просто добавить, а то ведь комнат много, площади-то большие, а пустота вокруг… Даже форму некуда убрать, а у меня ее много. Заказал специалисту изготовить по чертежам щиты из дерева, а уж из них собирать то, что мне нужно, буду сам. По вечерам-то я свободен, разберемся. Хотели мне сначала просто шпон впарить, но я отмахнулся. Показал на чертеже, как сухие рейки в шип собирать, вырезая сучки, и клеить. Мастер вроде все понял, хотя и удивился. Дядька был в возрасте, бывалый, сказал, что даже господа такого не придумывали, а брали в основном то, что им предлагали. Но это он мне по-доброму сказал, без всякой задней мысли. Ну и хорошо, что получилось объяснить, еще лак заказал на фабрике и морилку. Если щиты будут тем, что мне нужно, замайстрячу тут шкаф-купе, именно такой, как хочется. А то в магазинах если и есть чего, так все такое убогое, хоть плачь. Дело-то не в том, что мне нужно что-то особенно красивое, удобное нужно, удобное. А тут в основном из массива делают, громоздкое, тяжеленное, а функциональности – ноль. Тащили с Истоминым комод, еще в сорок втором, он где-то достал, мы чуть не умерли под ним. Ребят тогда не было рядом, тащили вдвоем. Я понимаю, это, наверное, должно выглядеть как-то круто, комод девятнадцатого века, весь такой резной, с финтифлюшками разными, да вот только мне-то они и на хрен не нужны. Да, в моем времени говорили, что все стало одинаковое и безликое, но блин, удобное же.
Новая группа будущих стрелков-снайперов оказалась вообще какими-то школьниками.
– Сереж, что, призывного возраста уже людей не осталось в Союзе, что ли? – спросил меня наш водитель Михалыч. Он так тут в Питере и прижился. На короткие выезды мы его не берем, начальство его тоже не может отправить на фронт, мужику шестьдесят, куда уж тут на войну-то ехать? Работал он тут при школе, а когда мы уезжали, то брали его с собой.
– Да фиг его знает, Михалыч. Сейчас узнаем, – я подошел к строю из десяти бойцов. – Так, каждого расспрашивать буду позже, сейчас по очереди назовитесь и кратко о себе.
– Боец Крученко, призван неделю назад из Харькова.
– Возраст? – задал я интересующий меня вопрос.