Автор
Свинцовые тучи над головой, дождь не идет, но крупные капли уже летят прямо в лицо. Ветер уносит их, приговаривая к еще большей буре. Улица перед глазами напоминает сцену из страшного фильма — лица людей размываются как на шарфике, глаза — злобные и недовольные, а нос кажется вырубленным для пугания. Машур всегда отправляет чужие порожняки, вызывая ужас среди прохожих....
Надоел он Ульяне или нет, но от денег она точно не устала. И от стильных шмоток тоже. И дом она очень хотела.
— Шесть вариантов дома или золотой клетки, куда ты хочешь меня посадить? — Ульяна лишь слегка сбавила обороты.
— У нас будет красивый дом. И большой двор.
— Большой прогулочный двор?… Ты мне не доверяешь?
— Доверяю.
— Нет! Назови хотя бы одну причину!
— Я очень тебя люблю!
— Это не дает тебе права ревновать меня!
— Я очень тебя люблю, — повторил Ерема. — И сколько раз я тебе это говорил?
Он говорил это много раз, а Ульяна даже в ответ на это ни разу не сказала, что любит его.
— Что ты мне говорил?
— То, что ты не говорила мне!
— А-а… — Ульяна задумалась, но всего лишь на мгновение. — А если я стесняюсь?
— От охраны бегать не стесняешься!
— Может, хватит уже?
— Не хватит. Если шести вариантов не хватит, закажу еще шесть.
— Думаю, что хватит… Смотри, какая интересная планировка!
Ульяне хватило всего нескольких секунд, чтобы с головой погрузиться в план лабиринтов своего нового дома.
И не зря, Ульяна сбежала от охраны на пятый день после разговора. Но совсем незаметно уйти не смогла. Получив сигнал, Ерема немедленно отправился в путь и все-таки немного опоздал. В кафе при гостинице «Университетская» Ульяна зашла минут за пятнадцать до того, как он подъехал.
А гостиница большая, номеров много, после кафе она могла отправиться в люкс.
И ведь он не ошибся, Ульяна была в кафе не одна. Она стояла у самого входа, Ерема, услышав ее голос, остановился.
— Олег, ну хватит!
Сердце у Еремы ухнуло в пятки.
— Что ну хватит?
Ерема узнал голос Деда Мороза, того самого Олега, который когда-то взял Ульяну в Снегурочки. И которого она считала своим мужчиной.
— Мне надоело! — устало сказала Ульяна.
Ерема стоял, как будто его по невидимому стеклу размазало. Как препарированную лягушку по прозрачному пластику. Быстро же Ульяна выдохлась.
