Автор
Свинцовые тучи над головой, дождь не идет, но крупные капли уже летят прямо в лицо. Ветер уносит их, приговаривая к еще большей буре. Улица перед глазами напоминает сцену из страшного фильма — лица людей размываются как на шарфике, глаза — злобные и недовольные, а нос кажется вырубленным для пугания. Машур всегда отправляет чужие порожняки, вызывая ужас среди прохожих....
— Ну, хорошо…
Ерема помог ей надеть шубу, а когда она застегнулась, с видимым равнодушием подал поясок. И указал на выход.
— А ты? — в ее голосе прозвучала обида.
— Провожу, — кивнул он.
И заметил, что Ульяна вздохнула с чувством облегчения.
— А сам почему не отвезешь? — уже на свежем воздухе спросила она.
— Нетрезвый водитель — зло!
— Ты нетрезвый? — она удивленно повела бровью.
К ним подъехала «девятка», открылась водительская дверь, показался Паня.
— Ну что, едем, командир?
— Я сам за руль сяду, а ты давай работай! — Ерема кивком указал ему на контрольно-пропускной пункт у ворот.
Рынок оборудован по всем правилам, это влетело в копеечку, зато сейчас гордость брала. Все на местах, все по стандартам, горят все фонари.
Паня ушел не сразу, сначала он, обогнув машину, открыл дверь, приглашая Ульяну занять место рядом с водителем. Он даже подал ей руку, она благодарно улыбнулась, но эту помощь не приняла, села сама.
Паня открыл ворота, Ерема выехал на шоссе.
Он молча вел машину, хотел, чтобы она первой начала разговор. Ему, в общем-то, все равно, как она жила без него. Ему интересно только то, как они будут вместе. Если будут… А если не будут, если она не хочет, то и говорить не о чем. Не нужно быть навязчивым, женщины этого не любят.
— Я думала, ты совсем пропал, — с чувством неловкости произнесла она.
— Мог пропасть, — кивнул Ерема.
— Это было так ужасно, что я до сих пор боюсь вспоминать.
— А я напомнил? — усмехнулся он."
"— Ну что ты, мне до сих пор снятся кошмары… Мне даже кажется, что все было в кошмарном сне.
— Но знаешь, что все было по-настоящему… Ты же поэтому оставила Кирилла?
— Ты знаешь?
Ерема знал не все, но многое, только вот говорить об этом совсем не обязательно.
— А Олег — это серьезно?
— Да Олег — это так… А Кирилл повзрослел.
— Когда наркоту толкал, маленьким был? — усмехнулся Ерема.
— Да где он там толкал, в универе?
— А там можно?
— Нет, конечно!.. Он сказал, что больше не будет.
— Это ты мне говоришь или себе?
— Себе?! — спохватилась Ульяна.
Ерема мрачно усмехнулся. Ульяна, видимо, взвешивала на весах достоинства Олега и Кирилла, выбирала, кто из них лучше. Один на театральных подмостках бедствует, другой больше не будет торговать наркотиками.
