Почувствовав, как по спине вновь пробежала волна чувственных мурашек, Микелина прерывисто вздохнула.
Она его любимое блюдо? Пожалуй, это был лучший комплимент, какой она когда-либо от него слышала.
Расцветая словно бутон прекрасной розы, темноволосая девушка с особой жадностью следила за каждым движением своего изощренного в любовных утехах босса.
Вновь подойдя к Микелине, Рикардо протянул ей свою руку, помогая встать с колен.
- А что делает блюдо перед тем, как его отведает хозяин? - слегка сузив глаза, спросил он поднявшуюся на ноги принцессу.
Мике задумчиво прикусила губу. Думать в таком состоянии было очень сложно. Почти нереально. И все же, бросив взгляд в сторону прямоугольной столешницы, которую украшала лишь одна красная скатерть, девушка внезапно нашла свой ответ.
- Блюдо должно ждать своего хозяина на столе, - уверенно отозвалась она, быстро сообразив, для чего именно он освободил стоящий по центру столик.
- Умница, - похвалив за проницательность, Рикардо подвел ее к пустующему столику. - А что ещё?
Этого она уже знать не могла. Теряясь в своих беспорядочных мыслях, девушка лишь беспомощно пожала плечами.
Слегка нажав на кончик ее носика, Моретти хитро ухмыльнулся.
- Блюдо не испытывает никаких чувств. Оно не стонет и не двигается, что бы с ним не происходило. Оно лишь безмолвно ублажает своего хозяина, - приподняв Микелину, словно перышко, Моретти усадил ее на край стола. - Это и будет твоим основным заданием в продолжение нашего вечера.
Нервно сглотнув, Мике безропотно легла спиной на твердую столешницу, плотно прижимая к бокам свои руки. Как-то раз она присутствовала на вечеринке, где приглашенные гости отведывали свежеприготовленные суши прямо с тела лежащей на столе японки. Тогда ее не особо волновала участь той бедняжки. Теперь же, похоже, она почувствует весь этот увлекательный процесс на себе.
- Смотри прямо и не двигайся, - приказным тоном тихо обратился к ней Рикардо, пока его проворные пальцы умело раскладывали дольки заранее порезанных фруктов на ее теле.
Накрыв вершины соблазнительный грудей тонкими колечками ананаса с вырезанной из них сердцевиной, через которые проглядывали острые бусинки розовых сосков, мужчина разложил по ребрам разрезанную напополам клубнику. Создав "виноградную дорожку", тянущуюся от ложбинки грудей к пупку, Моретти принялся за вторую часть сервировки своего "живого стола". Взяв с подноса стеклянную пиалу с мороженым, он аккуратно разложил его небольшой ложкой в выемки ананасовых колечек.
Почувствовав морозящую прохладу на своих жаждущих ласки сосках, Микелина судорожно сжала челюсти, пытаясь и дальше сохранить былую беспристрастность ко всему происходящему.