Автор
В культурном центре столицы отдаляются первые громкие фразы. Сумасшедшая Москва встречает героев жестоким шармом и дьявольской привлекательностью. Здесь каждый шаг открывает новые тайны и перспективы, но опасности нависают на каждом углу.
И пусть Марина сидит с кирпичным лицом и не признается, что меня знает, ручкой я машу и ей, и той козе, что спряталась на заднем сидении авто за тонированным стеклом, думая, что ее не видно.
Тоже мне, две Эркюли Пуаро в юбках. Детективов что ли перечитали? Решили сыщиками заделаться и проследить, вдруг опять документы не возьму?
Так взяла, зря волнуются. Даже лично в руки отдам, как только до офиса довезу.
Раньше не выйдет. Еще не все гадости доделаны. Поэтому Валюшка пусть выдыхает, сейчас концерта не будет, сначала мы покатаемся.
Мысленно предвкушаю небольшую пакость и широко улыбаюсь, пока Синюхина препарирует меня взглядом. Наверное, вчера шампанское было реально игристым, настроение у меня отменное. И выспалась, и на ратные подвиги готова, и на тот апгрейд, с которого каждая уважающая себя девушка начинает новую жизнь.
Арскому набираю, когда вижу, как матерясь и перекрикивая играющую в нашем салоне музыку, Марина с Валюшкой на апельсиновом чуде выныривают из двора на проезжую часть и пристраиваются следом.
Ага, тоже наблюдательный. Сразу уточняет, надо от погони отрываться или нет.
– Доброе утро, Виктор Алексеевич, – мурлыкаю в трубку, услышав рокочущее «алло». – Скажи мне, дорогой человек, а машинку еще посолидней ты найти не мог?
– А что не так? – слышу улыбку в голосе после ответного приветствия.
– Шутишь? Такси на колесах за три с лишним ляма? Считаешь, ничего так? Нормально для зарплаты обычного юриста? – объясняю небожителю логику обычных смертных.
– Вера Владимировна, не пыли, – хмыкает нисколько не впечатлившийся моим ворчанием мужчина. – Ну «шашечки»-то на крыше стоят? Стоят. Валера обещал раздобыть. Так что все требования соблюдены. А что до премиума класса, так, может, у тебя скидка, как у стотысячного заказчика.
– Ага, точно. Успокоил. Так Валюшке и объясню, когда она спросит, какой банк я ограбила.
– Не доверяют тебе, Вера, – соглашается Арский, но голос из урчащего превращается в рокочущий и серьезный. – Знаешь, если ты передумала, я…
– Нет, не имею привычки, – заверяю, не дослушав.
Мы вчера этот момент обговаривали. И ходить по кругу не вижу смысла.
– Хорошо, понял. Значит, черная папка.
