Автор
ХаннаОв даже не подозревает об её существовании. Её взгляд на Джастина Кола заставляет дух молнией пройти по спине — такой он красивый, что кажется сущим гением. Но в этой ситуации сложно придумать другое определение, как бы ни старалась.
Я говорила об этом.
– Тебе повезло, что я тебя люблю, – предупреждаю я ее. – Потому что в противном случае я этого бы не вынес.
Ханна усмехается.
– Тебе повезло, что тебя люблю я. Потому что ты полная задница, и мало кто из девушек смирился бы с этим.
Она, наверное, права насчет задницы.
И она точно права насчет везения.
Глава 37
Ханна– Мне это не нравится, – заявляю я. – То есть у меня болят ноги. Я говорила, что я не гибкая.
Смех Гаррета отдается во всем моем теле. Уточняю: в моем обнаженном теле, потому что мы занимаемся любовью.
Наверное, я убийца настроения.
Но мне, если хотите знать, плевать. Я категорически отвергаю эту позу. Гаррет стоит на коленях передо мной, и мои щиколотки лежат на его плечах. Возможно, если бы он не был огромным хоккеистом, мне бы не казалось, будто мои ноги задраны на вершину «Эмпайр Стейт Билдинг». От этого их сводит судорога.
Смеясь, Гаррет наклоняется вперед, я с облегчением снимаю ноги с его плеч и обхватываю его за талию.
– Лучше? – спрашивает он.
– О боже, конечно. Сделай так еще раз.
– А что я сделал?
– Ты крутил бедрами, как… о-о-о… да, вот так.
Каждый раз, когда он входит в меня, мое влагалище сжимается вокруг его члена. Каждый раз, когда он выходит, я чувствую болезненное, отчаянное опустошение. Я пристрастилась к этому парню. К его поцелуям, к его запаху. Мне приятно ощущать под ладонью короткий «ежик» волос, когда я глажу его по голове, под пальцами – крепкие мышцы, когда я вцепляюсь ему в спину.
"Его движения убыстряются, дыхание учащается, он входит в меня все резче и глубже, и мое сознание затуманивается. Он касается моего клитора, и мы кончаем. Он кончает чуть раньше, но, оставаясь во мне, бьется в судорогах. От этого мой оргазм еще острее, я даже до боли закусываю губу, чтобы своим криком не потревожить его соседей.
Потом Гаррет перекатывается на спину, я ложусь на него и покрываю поцелуями его лицо и шею.
– Почему у тебя после секса так много энергии? – бурчит он.
– Не знаю. Мне безразлично. – Я целую его всего, пока он не засмеется от удовольствия. Я знаю, что ему нравится внимание, и это хорошо, потому что мне нравится давать это ему. По какой-то причине с ним я превращаюсь в монстра нежности.
Жизнь снова прекрасна. После Дня благодарения прошла неделя, а мы с Гарретом все еще вместе. Однако заняты оба по горло. Скоро надо сдавать курсовые, в том числе и по предмету Толберт, и я помогаю Гаррету писать работу.
