Я…
— Я не говорил, что мы будем делать так, как хочешь ты, — ухмылка исчезла с лица Артура, а в голосе появились твердые нотки. — А по поводу денег и отца… В прошлый раз я уже сказал тебе, что если все так и было, как ты говоришь, почему ты ничего мне не рассказала с самого начала? Почему скрывала столько лет нашего ребенка? Почему солгала мне, сказав, что выходишь замуж за другого? Разве я бы оставил тебя одну, выбрал бы партию отца, зная, что любимая девушка беременна от меня, — он не спрашивал, он утверждал и пытался сохранить небрежный тон, но я уловила в его голосе осуждение.
— Я испугалась, — моя уверенность и боевой настрой таяли, как первый снег при плюсовой температуре, а пульс подскочил от последних слов мужчины.
Я поставила ногу на подножку и спрыгнула вниз с внедорожника, но одна нога подкосилась и меня повело в сторону. Руки Артура удержали меня и пригвоздили к месту. По телу прокатилась новая волна дрожи от легкого соприкосновения наших тел и яркие вспышки воспоминаний прошлой ночи вновь предстали перед глазами. Господи, за что эта мука? Насколько еще хватит моего терпения? Прикосновение его рук обжигало. Он подхватил меня под локоть, и мы направились в сторону входа. Я выдернула свою руку из его хватки и, вскинув подбородок, пошла сама.
Мы прошли по большому залу, в котором уже сидели парочки, в помещении играла приглушенная приятная музыка. Мы остановились у красивой деревянной двери, Артур открыл ее, приглашая меня войти.
— Почему мы не можем поесть дома? Разве по вечерам ты не уделяешь время дочери? — я не капризничала, но элементарно боялась оставаться с ним наедине, когда между нами так искрило. Не хватало еще в какой-нибудь из моментов плеснуть ему в лицо стакан воды.
— Катя иногда засыпает со мной, к этому времени мы уже будем дома, если ты так переживаешь за ее сон. Располагайся, сейчас принесут меню, — Артур присел на кожаный диван и облокотился на стол, всматриваясь в меня напряжённым взглядом. Интимная обстановка комнаты или кабинки была очень некстати. И да, в отличие от него я очень переживала. За все и за всех. Сущность у меня была такая.
— Я не голодна, — сглотнула напряженный ком в горле, когда заметила, что Артур не сводит с меня долгого и пристального взгляда, будто раздевает меня глазами. — Ты часто тут бываешь? — я окинула комнату беглым взглядом.
— Не очень, — произнес он низким голосом, но я уловила в нем легкую хрипотцу. — Здесь вкусно готовят. И можно не переживать, что кто-то помешает нашему единению.
— Я хочу вернуться в свою квартиру и продолжать жить прежней жизнью, — подняла глаза и поглядела ему в лицо.
— Нет. Это исключено, — Артур медленно покачал головой.
— Мне будет спокойнее, когда ты будешь находиться в моем доме.