Автор
В главе 1 мы знакомимся со скромной крестьянкой Алэйной, которая чувствует себя виноватой за смерть своей младшей сестры. Главная героиня оказывается в центре жестокого трейда, где ей предстоит выйти замуж за короля, чтобы спасти жизнь единственной оставшейся в живых брата. Взаимосвязь между долей и любовью создает шаткий равновесие в истории, которая наполнена отчаянием и нереализованной верой в справедливость мира....
– Посмотрите на эти сундуки, госпожа. Они обиты золотом! А эти камни! Это ведь изумруды! Какая красота. А вот еще, – она подошла к начищенной до зеркального блеска пластине в человеческий рост, вставленной в массивную раму. – Даже у господина графа не было столько денег, чтобы купить подобную красоту. Ой, какая я толстая!
Ника хмыкнула. Зеркала – проклятие всех женщин. Если бы не они, многие избежали бы излишнего стресса из-за своей внешности.
Подойдя к пластине, Ника оглядела себя. Тело ей досталось отличное, но, кажется, пластина действительно немного полнила.
Кроме спальни в соседней комнате обнаружилась умывальня, разделенная на две части. В одной находилась уборная, в другой купальня.
Ни о каком водопроводе и канализации, конечно, речи не шло. Воду в большую ванну таскали ведрами, а отходы несколько раз в день выносили слуги. По крайней мере, именно так было в графском замке.
В отличие от хозяйки, Эльза восхищалась каждым камешком и полоской металла.
– Как думаете, госпожа, он оставит Михая в живых? – внезапно спросила остановившаяся посреди комнаты Эльза, а потом, душераздирающе всхлипнув, заплакала.
Вероника слегка опешила. Ничто не предвещало!
– С чего бы королю убивать Михая? – не поняла она.
– Ну как же? – Эльза вскинула руки. – Говорят ведь, что он жесток. Вы видели его? Он такой… такой… – Эльза зарыдала сильнее, пряча лицо руками.
Ника беспомощно погладила ее по спине и пообещала, что все будет хорошо. Она сомневалась, что король станет убивать слугу. Вроде для этого не было причин, не так ли?
А слухи о том, что король безумен, вполне могли возникнуть из-за козней недоброжелателей. Ей он безумным не показался. Странный, молчаливый, жуткий – это да, но не безумный. Хотя рано пока говорить.
К моменту, когда Эльзе удалось немного взять себя в руки, дверь в комнаты открылась.
Молчаливо расставив их вдоль стены, они торопливо поклонились и удалились. Вероника переглянулась с Эльзой. Девушка, мгновенно поняв, что от нее требуется, шмыгнула носом и подошла к сундукам. Откинув крышку первого, она принялась копаться в нем, выясняя, что им принесли.
– О! – воскликнула Эльза, вытаскивая из сундука одно из платьев, явно принадлежащее Веронике.
