Волна поднялась невиданной силой, взметая над берегами кипящие струи морской брыли и разбиваясь в мощных хлопках. Пассажиры круизного парома срывались в изумленных воплях, словно попадая под гнев непредсказуемого моря. Музыка тут же стихала, заменяясь звонкими голосами прибоя, пока океан не превращался в могучего быстрого дракона, готового к новой битве....
— Пропала вздорная баба, которая всем нам делала нервы. Или я не прав?
Компания дружно молчала."
"Они так и отчалили из Таллина в полном неведении. В Питерском порту их пути расходились. Зебриевичи предпочли самолет, поэтому поехали в Пулково, Сажины купили обратные билеты на «Сапсан», и путь их лежал на Московский вокзал, что касается Голицыных, то они прибыли в порт отправления парома на своей машине, которая тоже совершила круиз по Балтике и теперь дожидалась в грузовом отсеке своих хозяев.
— Повезло, что ты не привязан ко времени, — хмуро сказал Сажин. И предложил: — Помощь нужна, Дан?
— А чем ты мне можешь помочь? — криво усмехнулся тот.
— В любом случае держи меня в курсе.
— Само собой.
Сажины уехали первыми. Зебриевич закопался у такси и сделал это намеренно. Проводив глазами машину, на которой уехали Димка с Дашей, он не спеша подошел к Голицыну.
— И что нам теперь делать, Дан? — спросил, глядя в упор.
— Хочешь сказать, что поездка не удалась?
— Как посмотреть, — по-птичьи наклонив яйцеобразную голову набок, протянул Сема.
— В свете новых обстоятельств я прошу отсрочку, — оборвал он Зебриевича.
— Даня, Даня, — покачал головой тот. — Опасно играешь. Ох, смотри!
— Тебе нужны от меня деньги, ты их получишь. Что до остального…
— Остальное меня не касается. Я тебе позвоню.
Такси, на котором Зебриевичи поехали в Пулково, скрылось из вида. Даниил Голицын наконец остался один. Поскольку жены нет, то и планов больше нет. Начать надо с главного: пойти в полицию и написать заявление.
Леонидов
Кто не видел новогоднего Невского проспекта, тот много потерял. А кто не имеет в Питере друзей, потерял еще больше.
