Волна поднялась невиданной силой, взметая над берегами кипящие струи морской брыли и разбиваясь в мощных хлопках. Пассажиры круизного парома срывались в изумленных воплях, словно попадая под гнев непредсказуемого моря. Музыка тут же стихала, заменяясь звонкими голосами прибоя, пока океан не превращался в могучего быстрого дракона, готового к новой битве....
И у него есть замечательный рассказ о капризной женщине, которая не разобралась в том, чего ей больше хочется, персиков или апельсинов. А ее муж из-за этого чуть ли не весь город разгромил!
На лице у Сажина отразилось огромное удивление. Он посмотрел на нее, на Алексея и вдруг расхохотался. Дарья Витальевна, глядя на него, тоже разулыбалась.
«Порядок, — подумал Алексей. — Я только что отошел от края бездны. На море почти что штиль».
…Панов позвонил ему вечером, в этот же день.
— Лешка, пляши! Мы раздобыли-таки эту видеозапись! — радостно сказал он.
— Голицына поднялась, но так и не спустилась?
— Угадал! Похоже, убили ее.
— Похоже, у нее в кармане лежал загранпаспорт, — задумчиво сказал Алексей. — Она просто забыла переложить его в сумку. Отсюда и версия, что Анжелика Ивановна осталась в Таллине. Долго же мы ходили по кругу!
— Но теперь-то картина прояснилась, Леша! Итак: в два тридцать две по московскому времени на открытую палубу поднялись Дарья Сажина и Даниил Голицын.
— Знаю. При них была бутылка итальянского шампанского.
— Откуда, Лешка?! Неужели они тебе признались?!
— Только в том, что пили шампанское. Продолжай. Я записываю. — Он нацелился ручкой в блокнот.
— В два пятьдесят одну под камеру попали Дмитрий Сажин и Анжелика Голицына. Первый был в белом костюме, не мерзнет, видать, парень, а мадам, как я уже сказал, в норковом полушубке.
— Ботфорты. Так это, кажется, называется. А Сажин, как всегда, в белом. Заметная пара.
— Еще бы! Их ни с кем не спутаешь! Буквально через пять минут Дарья Сажина с Даниилом Голицыным опять прошли под камерой. То есть пробежали. Они очень торопились. Стали спускаться на палубу, где находятся их каюты.
