Волна поднялась невиданной силой, взметая над берегами кипящие струи морской брыли и разбиваясь в мощных хлопках. Пассажиры круизного парома срывались в изумленных воплях, словно попадая под гнев непредсказуемого моря. Музыка тут же стихала, заменяясь звонкими голосами прибоя, пока океан не превращался в могучего быстрого дракона, готового к новой битве....
Она хотела есть, и ничто не смогло испортить ей аппетита. Звонить она тоже больше не стала. Голицын появился только через сорок минут.
— Даже даме неприлично настолько опаздывать, — проворчал Алексей.
— Это он? — спросила Саша, внимательно разглядывая мужчину, который вальяжно шел к столику, облюбованному Алисой Сажиной. — Заметный. Все дамы обратили на него внимание.
Даниил Валерьевич был в темно-синем костюме, сидевшем безукоризненно, без галстука, но в стильной рубашке вызывающего ярко-розового цвета, пиджак расстегнут.
— Давай-ка мы поменяемся местами, милая, — торопливо сказал Алексей жене.
Саша встала и загородила его от Голицына, который как раз до них дошел.
— Привет, — услышал Алексей за спиной. Главное, не поворачиваться. Даниил Валерьевич не имел возможности изучить затылок человека, задающего неприятные вопросы об убийстве супруги. Они встречались дважды, и оба раза сидели лицом к лицу.
— Добрый вечер, — ровным тоном ответила Алиса.
— У меня были дела, — небрежно сказал Голицын.
— Тогда ты, должно быть, проголодался. — В голосе у девушки была насмешка. — Тебя полдня не было на работе.
— Зато там была ты. Я не сомневаюсь, что ты со всем справилась.
— Я-то справилась. Но у меня к тебе все больше вопросов, Дан.
— А я не собираюсь на них отвечать!
— Правильно: сначала поешь.
Вообще, она была удивительно спокойна. А понервничать стоило. Голицын вовсе не был похож на человека, который пришел на свидание к своей невесте.
— Я уже ел! — с вызовом сказал он.
— Тогда выпьем?
— А тебе разве есть двадцать один год?
— В России пока еще наливают с восемнадцати. А восемнадцать мне есть. Я имею право заказывать спиртное, голосовать и выходить замуж без разрешения родителей, — намекнула она.
— Как много у тебя, оказывается, прав, — усмехнулся Голицын. — Ну, пей.
— Слушай, да он хам! — не удержалась Саша. Она сказала это тихо, ей тоже хотелось узнать: чем все закончится? — Девушка такая красивая!
— И у ее папы до черта денег. Он владелец сети магазинов «АNДА». Слышала о такой?
— Конечно! Так, может быть, этот мужчина просто не знает?
— Отлично знает. Он работает на ее отца.
— Тогда он ведет себя странно, — пожала плечами Саша.
— И я так думаю.
— А ты разве не выпьешь со мной? — невинно спросила Алиса у Голицына.
