Волна поднялась невиданной силой, взметая над берегами кипящие струи морской брыли и разбиваясь в мощных хлопках. Пассажиры круизного парома срывались в изумленных воплях, словно попадая под гнев непредсказуемого моря. Музыка тут же стихала, заменяясь звонкими голосами прибоя, пока океан не превращался в могучего быстрого дракона, готового к новой битве....
Но когда тебя приводит в трепет девчонка с внешностью модели…
«Она не женщина, — думал Дан, томясь на трибуне и глядя, как Алиса лихо, по-мужски, разделывается с очередной соперницей. — Что я буду делать, когда пройдет этот год?!»
Разумеется, он знал, что по приказу Сажина служба безопасности холдинга установила за генеральным директором слежку. Звучит как анекдот. Но что поделать, если директор номинальный? На деле у него ничего нет, ни акций, ни влияния, ни желания работать, чего-нибудь добиться.
— Дмитрий Александрович это просмотрел, — сообщала стоящая наготове с печатью секретарша Сажина или главный бухгалтер.
Дан кивал, расписывался, печать, как гильотина, обрушивалась на витиеватый автограф. Прямо на заглавную букву «Г», отсекая ей голову, и у Дана каждый раз было ощущение, что его казнят. Он ничего не решает, Дмитрий Александрович уже все просмотрел.
Дан уговаривал себя: один раз не больно. Во всяком случае, не смертельно. Алиса устроит сцену, оскорбит, так, как она это умеет, метко, безжалостно, зло. И отпустит на свободу. А вот если у них в постели не получится, Алиса так сразу не отступит. Кто знает, что ей в голову взбредет? Упрятать его в лечебницу для алкоголиков? В палату для пациентов с «мужскими проблемами»? И кому она об этом расскажет? Маме, папе, своему психотерапевту, всем, кто сидит в офисе?
«Она должна меня бросить», — мучился Дан.
Масла в огонь подлил Зебриевич. Они дружили еще с института, застенчивый зубрила Димка, яркий, как тропическая птица, Дан и тихушник Сема, который на факультетской дискотеке заведовал буфетом. Димка был у него на подхвате, просто не смог отказать.
Вот уж от Сажина никто не ожидал такой прыти. Женившись на Даше, Димка враз изменился. У него словно пропал страх.
