А потом с громким хлопком лопнула кровяная плёнка вокруг кокона и на пол рухнул Дирек. Он тут же попытался подняться, но ноги его не слушались. Тогда герцог пополз к Джилу, который уже превратился в уродливого монстра.
— Убей меня, седжар… — послышался задыхающийся рык южанина.
Замок Миар. Заклинательный покой.
— Убей меня, седжар… — проревело мне в лицо жуткое чудовище, в которое превратился Джил. Глава рода южан выкачал в себя весь объём мутаций, который был предназначен для меня, но распределились они неравномерно. Уродливая пасть была перекошена в одну сторону, правый глаз остался почти человеческим, а остальная часть лица покрылась синей чешуёй. Тело продолжало меняться, превращаясь во что-то ползучее. Ноги и руки прилипали к телу, образуя единое целое.
Джил сделал практически невозможное. Он сумел вмешаться в ритуал воссоединения, не нарушив его ход. Южанин, пожертвовав одним из своих родичей, принял предназначенную мне судьбу. Грёбанный один процент отличия, глубоко упрятанный в моём новом теле, оказался тем самым камнем, который должен был сорвать лавину изменений. Всего один процент, который мог превратить меня в вечно голодного монстра, жаждущего только человеческой крови.
— Не сегодня, — угрюмо ответил я и с размаха впечатал в грудь Джила серебряную сферу артефакта, которую я не выпустил несмотря ни на что. — Сирраширразз исшисс!
Мир вокруг утонул в зелёном пламени. Исчезли бегущие в нашу сторону маги отряда. Пропал заклинательный зал, который теперь был просто большой комнатой глубоко под землёй. Перестали существовать истекающие кровью родичи Джила. В зелёном мареве, похожем на пахнущий лавандой туман, остались только мы двое — я и пожираемый заживо стихийной мутацией глава рода южан. Человек, который не принадлежал нашему миру, но сделал всё возможное, чтобы меня спасти.
— Оно не стоит того, седжар, — почти спокойно произнёс монстр напротив меня. В зелёном пространстве находились только слепки нашего сознания, которые не чувствовали боли физических тел. Меня тоже изрядно корёжило после воссоединения, но до мучений Джила мне было далеко. — Я выполнил свой долг и теперь могу спокойно уйти. Условия договора соблюдены.
— Заткнись, — коротко ответил я. В данный момент мне было плевать, кем на самом деле был южанин, кому он служил и чего хотел добиться. Древние соглашения и контракты тоже не имели значения, потому что я до сих пор не знал, с кем и когда их заключал. — Просто заткнись и дыши.
