Автор
Таня, одетая в платье-футляр цвета сливового вина и черных туфельках, выходит из шoppинг-центра. Ее крутые бедра подчеркиваются модной одеждой, а темно-рыжие волосы едва заметны под макияжем. Это не то платье для обычного похода к Клейманам — слишком вульгарно. Секрет, который она прикупила, должен быть таким же запредельным....
Туман жмурится, прикусывает губы.
— Расслабься, малышка.
Кажется, ей нравится, что мой голос подсказывает обо всех виражах впереди. Вот и сейчас – два слова, а она охотно, уже сама, насаживается на мои пальцы. Так туго, что у меня яйца поджимаются. Ее клитор еще не отошел от предыдущей ласки, чувствительный и набухший. В пару касаний потираю его большим пальцем. Она мотает головой, но расслабляется достаточно, чтобы принят оба моих пальца до самой ладони. Несколько движений туда и обратно – и немного развожу пальцы внутри.
— Ах… - слабо выкрикивает малышка. И следом, без паузы: - Не останавливайся… Приятно… Так приятно…"
"Я укладываю одну руку ей на талию, толкаю себе навстречу, добавляя пару движений навстречу. Насаживаю на свои пальцы, чуть не теряя голову от влажных звуков, когда ее промежность со всего размаху ударяется в мою ладонь.
Малышка натягивается снова. На этот раз довожу ее до оргазма всего в пару движений по клитору, и пока она, уронив голову мне на плечо, мелко дрожит, несу в кровать.
Как кошка, брошенная в воду, Туман на мгновение сжимается на прохладном покрывале, а потом приподнимается на локтях, без стыда и смущения разглядывая каждое мое движение. Упавшие к ногам штаны заставляют ее распахнуть губы, а когда в одно движение стаскиваю трусы, к бледным щекам приливает румянец. Хорошо, что она уже видела меня голым, хорошо, что ее пальцы знают мою твердость, а губы – мой вкус. По крайней мере теперь она не боится.
И – черт его все дери! – кладет ладони на колени, чтобы развести ноги в сторону.
Моей пошлой фантазии хочется еще раз отыметь ее языком, покатать по твердой горошине стальным шариком и утонуть в громких криках. Но если прямо сейчас ей не вставлю, то просто рехнусь.
Я становлюсь на колени между ее ногами, и громко ругаюсь, потому что ловкие пальцы тут же обхватывают меня у самого основания.
— Сегодня я главный, - предупреждаю малышку.
Она не слушает, так что сгребаю обе руки в ладонь и завожу ей за голову.
Прижимаюсь к ее входу и придерживаю за бедро одной рукой. Будет лучше, если Туман вообще не будет шевелиться, пока я не окажусь в ней весь сразу.
