Автор
Когда мы познакомились, он был в костюме от «Армани» и часах от «Брайтлинг», а я – в свитере с оленями и в брекетах.Антон Клейман – друг моего отца, известный беспощадный адвокат.Я, Таня Туманова – студентка-второкурсница.Его первые слова для меня: «Привет, Девочка с Оленями».Мои первые слова для него: «Я люблю Вас, Дым».Между нами – пропасть в двенадцать лет.Между нами – секрет…...
— Они милахи, - улыбаюсь во весь рот, но Мистер Фантастика непоколебим в своей брезгливости: только кривится и всем видом дает понять, что пора заканчивать и переходить к кексам. Тем более, что мы с Совой расстарались и десерт удался – от оглушительного запаха приходится то и дело сглатывать слюну.
— Тепель моя очеледь, - подступает к раковине Сова.
Улитки еще маленькие и она вполне может держать ее одной рукой, но подстраховывается и держит двумя ладошками. Мы с Антоном заходим ей за спину, переглядываемся – и тянем друг к другу ладони, притрагиваясь только кончиками пальцев.
«Спасибо, малышка», - говорят его губы и мне снова, до сердечной боли хочется сказать, как много он для меня значит, и как много стоит этот день, даже если мы всего раз украдкой поцеловались и вряд ли этой ночью станем обещанными друг для друга цифрами шесть и девять.
«Мне хорошо с тобой», - отвечаю ему, надеясь, что мой Эверест все-таки умеет читать не только по губам.
Мы усаживаемся ужинать, как только устраиваем улиток обратно на подстилку и устраиваем им приятные процедуры «массажа с маслом».
— А мозно папе? – спрашивает она, когда на блюде остается еще пара кексов.
— Конечно, мы их красиво завернем и перевяжем ленточками. – В ответ на это дым скептически кривит губы и я на всякий случай говорю: - Тебе, любимый дядя Антон, придется читать ей сказку.
— У меня нет ни одной детской книжки, - защищается он.
— Тогда придумай что-то на ходу, или вспомни, а я буду убираться на кухне.
Позже, когда я торжественно вручаю ему выкупанную племянницу, навожу порядки и красиво упаковываю кексы для Андрея, выдается минутка, чтобы подкрасться к полуприкрытой двери спальни. Я слышу, как Мой Мужчина рассказывает историю о хитром рыцаре и добром умном драконе, выразительно и почти театрально делая напряженные паузы, на которые Соня реагирует до громким взволнованным вздохом, то звонким смехом.
Уверена, что за всем его «я боюсь детей», скрывается настоящая мужская забота, и желание баловать, и защищать. Иначе он просто не был бы моим Мистером Фантастикой.
Глава тридцать девятая: Антон
Соня засыпает примерно на середине сказки, и я даже не могу точно сказать, когда это произошло.
