Автор
Когда мы познакомились, он был в костюме от «Армани» и часах от «Брайтлинг», а я – в свитере с оленями и в брекетах.Антон Клейман – друг моего отца, известный беспощадный адвокат.Я, Таня Туманова – студентка-второкурсница.Его первые слова для меня: «Привет, Девочка с Оленями».Мои первые слова для него: «Я люблю Вас, Дым».Между нами – пропасть в двенадцать лет.Между нами – секрет…...
Минуту назад она еще вовсю смеялась и требовательно елозила пятками под одеялом, и вот – уже спит, устроив ладошку под пухлую щеку. Даже хочется разбудить и сделать так, чтобы она дослушала сказку, потому что самое интересное именно в конце, но внутренний голос подсказывает, что дело совсем не в сказке, а в моем желании еще раз увидеть, как она хлопает ресницами, когда переживает за героя, или услышать забавный детский смех.
Так что приходится взять себя за шиворот, подоткнуть одеяло и выйти, на всякий случай оставив включенным ночник и не до конца прикрыв дверь.
Мы с Таней сегодня спим на диване, а он у меня из тех, что не предназначены для сна, поэтому придется изображать двух змей в период спаривания, и прижиматься друг к другу больше, чем полностью."
"Моя малышка как раз удобно устроилась на подушке и встречает меня тоже порядком сонным взглядом. Приходиться подвинуть ее, устроиться поудобнее, хоть ноги безбожно свешиваются с противоположной стороны, и переложить Туман на себя.
— Я бы не справился без тебя, - говорю чистую правду. – До сих пор не верю, что ничего не разбито, не сломано и все стены на месте.
— На твоем месте, Дым, я бы не радовалась заранее, потому что впереди еще целый завтрашний день, а фокус с мытьем улиток я уже использовала, и он будет недоступен еще недельку.
— Придется купить еще парочку, - поддакиваю ее серьезному виду.
И пока она не начала развивать тему возможного завтрашнего Хаоса в моем уютном жилище, притягиваю ее к себе, заставляя замолчать самым приятным и доступным мне способом.
Почему-то именно сегодня, хоть и хочу ее как безумный, мне хочется нежности и никуда не торопиться. Возможно, впервые в жизни провести лучшую часть ночи просто зацеловывая ее всю до макушки до пяток, хоть я и начал с губ.
Таня постепенно «просыпается»: сама перехватывает инициативу, даже немного недовольно ворчит, когда пятнаюсь вернуть себе право управлять ее губами.
В моей фантазии уже проносится картина того, как мой малышка будет лежать подо мной, голая и совершенно расслабленная, но в этот момент Таня резко напрягается и шарахается от меня, как черт от ладана.
