В холодном мраке ночи, старушка стонала, ее глаза искали помощи в потемневших стенах. Я — лишь незнакомец в ее мире, но с невероятной силой чувствую ужасную боль и страх. Страшный секрет ждет нас, готовясь выплеснуться наружу во время этой тщедушной ночи.
Со сверкающими штуками, приборами, трубками и кожаным сиденьем.
Я совершенно не разбиралась в этой технике и могла лишь отличить машину от мотоцикла. И то по количеству колёс. Всё остальное было тёмным лесом. Но даже моих скромных знаний хватило, чтобы понять, что это был классный аппарат и любимый.
Так и хотелось потрогать, погладить и пощупать.
Я даже руку протянула, но успела вовремя остановиться. Вспомнился фильм «Призрачный гонщик» с Кейджем в главной роли, где он разъезжал по городу в образе пылающего черепа.
А ведь сходится. Грин ведь не просто какой-то там грешник, заключивший сделку с дьяволом, он самый натуральный демон. Вдруг его железный конь тоже с характером.
Дотронусь, а он ка-а-а-а-ак вспыхнет. И сгорит сарайчик, а следом и домик. Он как раз деревянный.
Вернётся Грин, а тут пепелище, и доказывай потом, что ты просто мимо проходила и ничего не трогала.
Поэтому я лишь обошла харлей по кругу, повздыхала, но трогать не решилась.
Больше ничего интересного не наблюдалось, поэтому я вернулась домой тем же путём, что ушла.
Прошла в гостиную, села на диванчик и принялась ждать.
Комнату занимать и тем более разбирать вещи не стала. Пусть хозяин явится и сам указывает, какую жилплощадь можно занять. А то с моим везением точно выберу не ту.
Пять минут… десять… пятнадцать.
Так и от скуки помереть можно. А где этого рогатого носит? Чего так долго? Пришёл к Антону, отказался от его предложения и вернулся назад.
Может, он следы запутывает? Петляет по пространству или вне пространства… неважно.
Телевизор как включать не знала, пульт я так и не нашла, а кнопочек на нём не наблюдалось. В телефоне тоже полазить не удалось. Ни сеть, ни интернет (тот самый хвалёный 4G) тут не ловили. Домик, а вместе с ним и я были отрезаны от мира.
Книжку, что ли, почитать? На книжной полке как раз стояло с десяток томиков в кожаных переплётах.
Я уже собиралась встать, как вдруг прямо передо мной возник Грин.
Крайне злой и недовольный.
— Ты! — зловеще произнёс Грин, смерив меня не очень добрым взглядом.
— А ты сам согласился, — на всякий случай быстро произнесла я, верно истолковав причину его плохого настроения.
Что бы там ни случилось с Антоном, какие бы проблемы ни возникли, я же виновата. Сам на всё согласился.
И вообще, это жадность. Не захотел бы артефакт получить, не терпел бы мою персону у себя дома.
Кажется, я произнесла это вслух.
