Или он увлекается не чтением, а коллекционированием книг?
– Что это за книги? – В таком скудном свете невозможно было прочитать названия.
– Так, трактаты по древней истории, по видам существ Эёрана и других миров, – опять в голосе Дариона промелькнуло какое-то напряжение… разочарование даже.
– Книги не рассказали тебе о том, что ты искал?
– Нет.
– А что ты искал? – спросила я, и его рука замерла на моей голове. Вздохнув, Дарион продолжил меня поглаживать:
– Однажды я подумал, что в мире, во всех мирах, столько неизведанного, загадочного, уникального. Того, с чем мы в привычной жизни не сталкивались и считали невозможным. А оно может быть совсем рядом, существовать, действовать, а никто не в состоянии это осознать просто потому, что не считает такое возможным.
Я задумчиво глядела на слабо мерцающие в темноте буквы. Переспросила:
– Как это может находиться рядом, действовать, а никто этого не осознаёт?
– Например, могут существовать нестандартные формы магии, которые мы не можем распознать. Или… существует, например, способ воздействовать на тебя незаметно, минуя все твои ментальные защиты, и ты даже не поймёшь, что действуешь не по своей воле.
На несколько мгновений я растерялась от сказанного потрясающе серьёзным тоном, но такого нелепого примера.
А потом вспомнила то, о чём неприятно и совсем не хотелось вспоминать: как меня чуть не завербовали культисты, и я только чудом распознала способ воздействия, а ведь другие бы просто не услышали странностей.
Но в то же время я что-то да услышала. Пусть с трудом, но осознала влияние, так что:
– На меня давно невозможно воздействовать незаметно. Если раньше дедушка или отец могли тайно внедрить мне установки, то сейчас никто такого не повторит – я замечу. Может, не смогу противиться, но точно замечу.
– Типично драконье самомнение, – грустно вздохнул Дарион. – Я тебя призываю смотреть на мир шире, рассматривать даже самые невероятные варианты, а ты считаешь себя непробиваемой и на этом останавливаешься. Напомнить тебе, как когда-то в Эёран, не ведавший о существовании иных миров, явились посланники иномирной Бездны? И что мы имеем теперь? Многотысячелетнюю войну с этой заразой, множество самых неприятных открытий о возможностях существ Бездны. Так что, Ри, на твоём месте я бы в принципе не считал что-то невозможным. Никогда не знаешь, кого ты можешь встретить за поворотом. Да что там за поворотом: даже в собственном доме.
Приподнявшись, я заглянула ему в лицо.
– Что? – Дарион снова погладил меня по спине.
– Что-то случилось? – спросила я тихо.
– Почему ты так думаешь?
– Ты не даёшь мне ощутить свои чувства. Разговариваешь о странном.
– Я польщён тем, что ты интересуешься моими увлечениями, – Дарион зарылся пальцами в мои волосы.