И я подумал, может, ну… моё влечение не имеет ничего общего с избранностью? Просто это первая девушка, которая близка к тому, чтобы быть моей избранной, поэтому я так реагирую остро? Может, это просто от отсутствия опыта общения с такими почти подходящими?
– Возможно… – прошептала я, обдумывая его слова: опыт общения с такой почти подходящей у Элора есть, ведь и на меня он реагирует нестандартно, слишком бурно, и, не будь я в мужском обличии… Да что там, он и в мужском меня хочет, несмотря на отвращения к подобной близости.
– Я просто говорил с Ареном, и наши ощущения от Леры отличаются… Но с другой стороны, ещё неизвестно, избранная она ему или нет. Может, всё как раз наоборот? Но тогда почему я не хотел её защитить ценой даже своей жизни? Ведь ради избранной я готов на всё! Я бы всё сделал, что угодно, чтобы её завоевать. Избранная – самое дорогое, что может быть у дракона, самое главное, – исступлённо прошептал Элор. – Я не знаю, что делать, не знаю…
Пусть пьяный, но он говорил искренне, от всего сердца. Он действительно готов ради избранной на всё.
На всё…
От дурного предчувствия сжалось сердце, страх плеснул холодом в груди. Во рту пересохло, и я не могла ничего сказать. Слов просто не было.
– Мне кажется, я схожу с ума. Лучше бы Арен был здесь… Или не лучше. Не знаю, не знаю, – Элор крепче прижался к моим коленям, сильнее обнял, почти до боли. – Халэнн, я не знаю, что мне делать…
Будь принц Арендар рядом, у меня было бы намного больше поводов тревожиться за здоровье Элора… Только непонятно, зачем император запер наследника именно сейчас? Ведь знает же о его интересе к девушке. Или не хочет раньше времени ссориться в Фламирами?
Боится, что Фламиры могут попытаться помешать? Избранные драконов священны, даже если они только потенциальные избранные, но Неспящие показали ужасный пример того, как можно ослабить неугодный род, и нет гарантий, что кто-нибудь ещё не нарушит тысячелетние традиции, ведь награда так высока: трон империи…
– Халэнн, как хорошо, что ты у меня есть, – Элор опять погладил меня по бедру, и чешуйки волной проступили вдоль моего позвоночника. – Халэнн… прикажи мне не думать о Лере.
По нервам словно огонь пробежал, а потом стало холодно. Или даже не холодно, а немного зябко. Потянувшись вперёд, я обхватила тёплое горлышко бутылки и сделала несколько обжигающих глотков усиленного магией вина.
Всё это могло очень, очень плохо закончиться, и мне действительно было страшно.
* * *– Какие это воспоминания навевает, – прошептал Элор на ухо, и я чуть не споткнулась.
Он опирался на мои плечи, мы почти добрались до верхней лестничной площадки его башни.