Эёран вновь тряхнуло, но я на землетрясение привычно не обратила внимания.
— Хоть документы мне почитай, — попросил Элор.
— У тебя будто других дел нет, — я черкнула пару заметок в блокнот. — Конкретно этими вопросами тебе пока можно не заниматься, я всё подобью и выдам на подпись финальный вариант, а ты бы… проинспектировал что-нибудь, проверил, как там офицерам в городе живётся, поинтересовался, не могут ли стражники новобранцев собрать.
— Не могут: сейчас все боеспособные на счету, Рингран забирает их в армию, муштрует, чтобы в случае нападения защищали население. Но, сам понимаешь, пока они заняты тренировками, мотаться по улицам не могут.
— Всё равно у тебя наверняка есть более важные дела, чем протирать мой диван.
— Я тебе мешаю?
Мрачно глянула на него исподлобья, сгребла пачку документов и направилась с ними к нему:
— Раз тебе нечего делать…
От падения пачки на широкую грудь Элора спасло появление самолётика. Прочитав записку, Элор поморщился:
— Ну вот, в подведомственных королевствах непорядок, придётся отправляться туда, рычать и изображать страшного ужасного дракона. Отец умеет озадачить, — поднявшись, Элор потянулся и зевнул. — Если что случится, зови меня. Только обязательно зови меня, а не как обычно.
— Если дело потребует твоего вмешательства — ждать не стану, — пообещала я."
"К счастью, в этот день ничего страшного не случилось, с инспекцией по Столице пролетелась я. И если на министерской площади народ толпился, на выездах тоже собрались очереди вывозивших вещи и товары людей (видимо надеялись припрятать в надёжных местах), в имперский банк толпами завозили ценности, то остальные улицы жили почти обычной жизнью. Только ярко-жёлтые листы с инструкциями, расклеенные на всех досках объявлений, многих столбах и раздаваемые прохожим, напоминали о готовящейся эвакуации.
Абсолютный щит не позволял ментально ощутить разлитую в городе тревогу, но надвигавшаяся беда ощущалась и так.
В Столице было на редкость неуютно.
* * *Элор вернулся поздно, заглянул ко мне. Пригасив свет, я сидела в кресле и мысленно гоняла по браслетам потоки воды.
— Отсиживаешься, да? — пробурчал Элор, оправляя ярко-рыжую прядь. — Хочешь отдать меня на растерзание?
— Кому? — не поняла я и мысленно поморщилась, ощутив разрыв связи с водой.
— Брюнетке, рыжей и блондинке.
— Боюсь, как бы меня к вышивке не привлекли.
— Ты хладнокровный, у тебя больше шансов отбиться, — не согласился Элор и поманил меня рукой. — Ладно, идём, я прямо чувствую, что этот ужасный день не может закончиться без какой-нибудь маленькой мести за моё невнимание.
Он снова поманил меня рукой, я вздохнула и встала, потянулась, нагнетая движение воды в браслетах.