Одна из них немного фальшивила.
Элор наложил на себя заглушающее заклинание, но выглядел всё равно мрачно. Особенно когда заметил, что двери в комнаты перегорожены самодельной декорацией и сундуком с платьями.
— Нам не разрешили привезти оперных певцов, — пожаловалась Вейра, — и мы решили устроить небольшую сценку сами.
— Для гвардейцев, — пояснила Диора. — Им же нужна моральная поддержка в столь трудный час.
Всё вокруг мелко завибрировало в преддверии землетрясения, но саму скалу практически не тряхнуло.
По мановению руки Элора дверь в его комнату открылась. Он развернулся, явно собираясь пропустить меня внутрь, но Вейра и Диора, отбросив декорацию и наступив на валявшиеся платья, метнулись внутрь. Вейра нырнула в кровать, Диора устроилась на столе и заявила:
— Мы никуда не уйдём, пока ты не расскажешь, что творится в мире.
— А то все говорят, чтобы мы не лезли куда не надо, — вздохнула Вейра. — И до императрицы Ланабет нам не добраться."
"— Да, Элор, — Диора тоже вздохнула. — Нам ничего не разрешают. И мы никуда не пойдём, пока не решим этот вопрос.
— Удачи, — пожелала я и, сдвинув разбросанные платья, нырнула в свою комнату, заперлась.
При драконессах Элор не стал топтаться на пороге моей комнаты и давать им новые поводы для колкостей.
Наложив заглушающие заклинания на стены и двери, я, не раздеваясь, рухнула на кровать. Мех покрывала приятно меня обнимал, я замоталась в него, прикрыла глаза и снова взяла под контроль воду, попыталась водить её в стальных желобках более филигранным маршрутом. Отстранившись от всего, я управляла водой. Смогла не думать об Элоре, угрозах, драконессах в его комнате, личных делах, вампирах, жертвах, я… была этой водой, струившейся по желобкам, которые сейчас очень чётко рисовало моё воображение. Я была этой водой, пока не провалилась во тьму, но даже там часть меня оставалась каплями воды, катившимися по металлическим маршрутам, созданным моим воображением и силой Дариона.
Война с непонятным чудовищем и демонами приблизилась ещё на один день.
* * *Следующие дни выдались суетными, беспокойными и какими-то бестолковыми. По крайней мере, это касалось деятельности ИСБ. Из-за спешки с расследованиями все носились в пене и мыле, документация велась из рук вон плохо, бюджет резко просел из-за закупок гномьего оружия и расходов на выросшую армию.
Имперский банк не мог больше принимать на депозитное хранение ценности, и на них жаловались даже нам. Мне — постоянной клиентке! — пришлось внести доплату за просторный размер семейного хранилища.
Чиновникам приходилось заниматься инструктажем, и по предварительным расчётам Линарэна в сжатые сроки эвакуировать всех мы пока не могли: ресурсов не хватало.