— Разрушайте как можно больше материи!
«Разрушать, так разрушать», — устало подумала я и наполнила лезвия уруми магией. Встала твёрже, ожидая новой волны атаки на гномьи пушки.
Дарион остановился рядом со мной. Я слишком устала, чтобы ощущать неловкость или раздражение, слишком устала, чтобы как-то реагировать на то, что он жив. Сейчас мы были просто солдатами этой страшной войны, и наша задача сводилась к тому, чтобы остановить тварей на своём участке и выжить.
Дарион дёрнулся, подаваясь вперёд, но смотрел не перед собой, а вверх.
Окутанный пламенем император пикировал вниз, на суккуба, на её голову. Пламя закручивалось вокруг него огненными хлыстами. Это было красочно, ярко, но… непрактично. Не было в полосах огня должной концентрации, только бесполезная яркость и мельтешение. Неужели император настолько далёк от боевой магии, что не помнит о необходимости концентрировать удар?
А затем я увидела её — маленькую фигурку с золотыми крыльями. Пока суккуб поднимала щит против императора, смотрела на него, Ланабет проползла по поверхности, скользнула вплотную к выглядывающей из чужеродной плоти головы.
Яростно громыхнули пушки.
Ланабет метнулась вперёд, перед ней вспыхнуло кольцо белого пламени, сомкнулось, сузилось, пережигая шею суккуба. Ухватив её за волосы, Ланабет полоснула мечом по горлу и взвилась вверх, под прикрытие крыльев императора. Обезглавленное чудовище взвыло оглушительно, звуковая волна ударила нас, обожгла нервы. Чудовище заметалось. Радостно зарычал император — их месть свершилась. Ланабет победно трясла срезанной головой. Что она чувствовала, что они чувствовали сейчас?.. Я бы хотела понять.
— Осторожно! — Дарион толкнул меня плечом.
Я отскочила, и между мной с Дарионом и клацающей зубами тварью встала земляная нетвёрдая стена. Я прыгнула вверх, занося Жаждущего, он зазвенел, лезвия вспороли дымчато-грозовую плоть, но этого было бы мало, не ударь в брюхо твари каменный шип. Я обезглавила тварь размером с дракона вторым ударом. Каменный шип отбросил тушу обратно, в ряды ей подобных.
Орки заплясали быстрее, в то, что осталось от суккуба, полетели многочисленные заклинания, пытаясь пробить открывшуюся рану. Чудовище содрогнулось и рухнуло дырой на землю.
На нас с Дарионом и соседние участки обороны бежали твари, я наполнила лезвия магией, снова рубила. Неистово грохотали пушки, пытаясь пробить хотя бы «маленького» монстра. Отрикошетивший от его поверхности чёрный смерч орков, едва не задев вампиров, врезался в массу вылезших из Безымянного ужаса тварей. Все двигались активнее, наши враги тоже. Я ударом разрезала клыкастый рот и перерубила две лапы. Тварь фонтанировала тёмной кровью, но пыталась ползти.