Автор
В Петрограде шло подготовка к Рождеству, но среди праздника скрываются подозрительные фигуры: статский советник Лыков наблюдал за тем, как люди теснятся в трамвае и магазинах. В это время поджидается один из главных сюрпризов года — секретный вечер императора Александра III....
– А я так ему и сказал. Извини, Паша, но есть менее опасные способы заработка. Твой слишком рискованный.
– А он?"
"– Попробовал уговорить, – отмахнулся Рудайтис-Вырапаев. – Я, знамо дело, не поддался. Бравый и так, и эдак, потом смирился. Одну важную вещь он мне сообщил. Есть такой Жирносенов, бывший налетчик. В бегах, как многие. – Лыков тут же записал фамилию. – Так вот, сей фрукт служит сейчас старшим весовщиком на станции Дно. Под чужим именем, естественно. Пашка заявил, желая меня купить: Жирносенов получает от него сто пятьдесят рублей в месяц! За то, что записывает военные эшелоны и сообщает.
– Вот сволочь, – вырвалось у сыщика. – Его веревки с узлами мы нашли в номере. Или у Пашки таких «счетоводов» дюжина. Но ты просто отказал ему? Не подумав сообщить в контрразведку?
«Иван иваныч» откинулся на спинку стула:
– Ты, Лыков, все время хочешь сделать из меня осведа. И сколько готов положить из сыскного кредита?
– Ларион! – попробовал воззвать к патриотизму собеседника сыщик. – Ведь война! Кровь льется рекой.
– Вы эту войну начали, с вас и спрос будет.
– Я ее не начинал.
– Ну твой царь начал. Он и ответит, не сомневайся. А я почему должен на своего товарища доносить? Который из блатных, как и я.
– Так… Значит, помогать мне изловить германского пособника ты не будешь? А называл себя моим должником.
«Русский Мориарти» смутился:
– Здесь другое… честь фартового не позволяет сдать товарища…
Лыков почувствовал слабину и поднажал:
– Не тот случай, не лукавь.
Рудайтис даже причмокнул:
– Спишем с меня долг за Михаила? И больше ты ко мне не придешь с подобными упреками?
– Не приду. Твою честь обещаю на будущее беречь, как девкину невинность.
– Хм… Завлекательно говоришь, Лыков. Так-так… Жирносенова я тебе, считай, уже подарил. Теперь сам Главанаков.
– Под каким именем он сейчас живет?
– Не знаю.
– Ларион! – стукнул себя кулаком по колену сыщик. – На Маросейке этих ломбардов как вшей на гашнике. Который из них Пашки Бравого?
– Чай, твой друг Кошко сумеет докопаться, – отмахнулся «иван иваныч».
– Аркадий Францевич теперь у нас в Департаменте полиции, заведует Девятым делопроизводством. А в Москве за него остался Маршалк.
