Джоди не просто заговорила. Она задала вопрос, который мог задать только шпион.
Денис остолбенел. Младший брат опал и съежился, так же как эмоциональная часть сознания. Теперь рацио взяло верх.
Ты знаешь, какой. Нет, погодите. Этого не может быть. Откуда ей известно? Она что… Нет, должно быть какое-то разумное объяснение, не то чудовищное, которое приходит в голову.
– Не смотри на меня так, Денис, милый. Это всего лишь кусок пластмассы, – шептала она. – Мы получим за него огромные деньги. Огромные. Мы много лет не будем ни в чем нуждаться, мы поедем и полетим, куда захотим, будем покупать вещи, которые нам нравятся, мы купим себе целый пляж с белым песком и будем с утра до вечера валяться на солнце и любить друг друга…
Она все еще сжимала его ногами, руками вцепилась в плечи и вытянула губы для поцелуя.
Денис отшатнулся.
«На нарах мы будем валяться, или еще хуже – в сырой земле!»
В красивом теле Веры сидел инопланетный монстр, который может сожрать и его самого, и Таню с Виктором, и всех остальных людей…
В мудром психологическом кинофильме эта мизансцена была бы решена так: хлесткий удар наотмашь, пощечина, она падает, закрыв лицо, он произносит одно-единственное слово типа «мразь» или «стерва» и уходит. Звучит тревожная музыка.
Но в жизни сыграть ее таким образом не выходило. Какая там пощечина! Он был парализован. Завывания трубы и смех Лопатко доносились как сквозь толстый слой ваты.
«Оркестр гремит басами, Трубач выдувает медь…»
Мир мгновенно изменился. Денис впервые за все время подумал, что он ее по-настоящему любил. Но подумал отстраненно, без боли. Равнодушно. Так смотрят пассажиры скорого поезда на жителей захудалой деревушки у железной дороги. А те, в свою очередь, так же безразлично смотрят на пассажиров. Это разные миры, им никогда не пересечься.
– Ну, что же ты? – Она притянула его к себе. – Давай, я хочу тебя!
– Что-то мне плохо, – выдавил он. – Пойду блевать…
Пошатываясь, он вошел в комнату, коротко кивнул повисшей на Викторе Тане Лопатко и сделал ей знак глазами в сторону кухни.
– Идем покурим, – сказал он в пространство. Голос скрипел, воздух с трудом проходил сквозь связки.
Не успел он выкурить сигарету и до половины, Таня появилась на кухне. Розовая, красивая, с блестящими глазами.
– Чего ты такой странный сегодня?.. Дай прикурить, – она ткнула кончик сигареты в пламя зажигалки и выпустила короткую струю дыма Денису в лицо.
– Так чего ты мне подмигивал, а? Я Витьку, бедного, бросила посреди песни, он мне таких историй нарассказывал… А?
– Идем на лестничную площадку, – сказал Денис. – Разговор есть.
– Какой еще…
– Закройся. Идем.
Он взял ее за руку и выволок на площадку, они поднялись на один лестничный марш и встали у окна.