В секретной операции Москвы Москвитин становится ключевым чиновником, а офицер спецслужб Большаков ждет сообщений из Чечни о ходе удачной операции. Москвитин сообщает о грузе, перехваченном и бандах, где большинство врагов было уничтожено.
На чем? Пока не знаю!
Андрей поднялся, прошелся по комнате, сказал:
– Как-то, разговаривая с Ритой, мы обсуждали ее поведение на случай, если она вновь попадет к бандитам. И это я начал развивать тему! Накаркал!
Генерал удивился:
– А что подвигнуло тебя на подобный разговор?
– Да ничего, просто затронул вопрос!
– Ну и что?
– Мы договорились с Маргаритой, что, если она вновь попадет к бандитам, на вопрос, где спрятала копии компрометирующих Витинского документов, она сразу укажет место. Но не то, где на самом деле укрыла компромат, а другое, правдоподобное, что лежит недалеко от настоящего.
Генерал взглянул на майора:
– И что предлагаешь?
– Срочно лететь в Междуреченск. Выйти на поисковую группу и захватить ее главаря. Он не может не иметь связи с московским шефом! Другого выхода из сложившейся ситуации не вижу.
Потапов задумался. Через какое-то время заговорил:
– Знаешь, Андрей, меня заинтересовал адвокат Витинского, некий Голиков Игорь Иванович, он еще помогал нашему генералу Григорьеву с сыном, а тот, в свою очередь, интересовался, не проводилась ли службами ФСБ акция в Переславле, когда ты увел из поезда Маргариту.
Андрей присел в кресло.
– Что-нибудь еще копал наш генерал?
– Нет, с Григорьевым тишина. А вот адвокат на сегодня запросил встречу с подзащитным. На 14.00. И это сразу после того, как пропала Маргарита.
Сургин спросил:
– А адвокат посещает подзащитного, когда захочет? Или существуют иные правила их общения?
– Как правило, встречу разрешают по запросу адвоката.
На этот раз задумался Андрей. Ненадолго:
– Да, возможно, адвокат имеет отношение к тому, что произошло с Маргаритой. Хотя доказать это трудно! Вот бы послушать их разговор в СИЗО.
