В секретной операции Москвы Москвитин становится ключевым чиновником, а офицер спецслужб Большаков ждет сообщений из Чечни о ходе удачной операции. Москвитин сообщает о грузе, перехваченном и бандах, где большинство врагов было уничтожено.
Сургин в пылу захвата не заметил тень, метнувшуюся из одного помещения в другое, да и угол стены мешал ему. Приказал:
– Опусти руки и веди к женщине!
Адвокат молча свернул направо и пошел по более широкому коридору, отметив, что, кроме этого спеца, убившего Шамана, в здание никто не вошел. Это было для Голикова важно!
Пройдя десять метров, адвокат ногой толкнул дверь. Андрей из-за его спины увидел лежавшую на кровати, сцепленную наручниками Маргариту. Ее рот был заклеен липкой лентой. Сургин толкнул адвоката вперед:
– Освободи Новикову!
Рита заворочалась и попыталась что-то крикнуть, но ей мешали оковы и лента.
И тут же услышал, к немалому удивлению, женский голос:
– Брось оружие, ублюдок, или я порву тебя в клочья!
Андрей поднял руку с пистолетом вверх. «ПМ» с глушителем повис на указательном пальце, державшем скобу спускового крючка. Из этого положения выстрелить нельзя. Затем медленно нагнулся, положил ствол на пол.
Голос сзади приказал:
– Иди к своей шлюхе, придурок! И без лишних движений, я в бирюльки играть не намерена!"
"Сургин прошел к кровати, где лежала Рита.
– Ну что, крутой? Нашел свою ненаглядную?
Андрей промолчал, внимательно следя за обстановкой. Голиков же повернулся к подельнице:
– Молодец, Мари! И когда ты только успела спеленать нашу куколку? У тебя же времени было несколько секунд.
– Что для любимого мужчины не сделаешь, Игорек! Цени!
– Ценю! Теперь ценю! Но об этом позже.
– Да? Ну, ничего! Долг платежом красен. Скоро рассчитаемся!
Мария пошла к выходу. Пока она отсутствовала, адвокат не спускал взгляда с майора Москвитина-Сургина, держа его под прицелом пистолета с глушителем.
