В секретной операции Москвы Москвитин становится ключевым чиновником, а офицер спецслужб Большаков ждет сообщений из Чечни о ходе удачной операции. Москвитин сообщает о грузе, перехваченном и бандах, где большинство врагов было уничтожено.
Петр Петрович обещал даже дополнительное вознаграждение за поимку Маргариты. В общем, расстались они вполне нормально. Теперь, главное, не подвел бы Слепой! Но у того ребята тоже не пальцем деланные, бандиты со стажем. Работать умеют! Не успел Игорь Иванович переодеться, как задребезжал его сотовый телефон. Кому это еще неймется? Только бы не Слепой с известием о потере бабы.
Ответил стандартно:
– Голиков. Слушаю!
Незнакомый голос спросил:
– Игорь Иванович?
Дрожь пробежала по телу адвоката. Так спрашивают, когда хотят преподнести очень неприятный сюрприз.
Ответил немного охрипшим голосом:
– Да, вы не ошиблись!
– Я от Григорьева.
Голиков облегченно вздохнул. За беседой с Витинским он совсем забыл о том, что генерал должен прислать ему тридцать штук «зеленых».
– Очень приятно!
– Скажите, я могу зайти к вам?
– А где вы находитесь?
– Возле вашего подъезда.
– Поднимайтесь. Квартира 137.
– Я знаю.
Вскоре позвонили в дверь.
Адвокат открыл ее. Пригласил в прихожую крепкого молодого человека в строгом костюме, с кейсом в руке.
– Проходите.
– Не стоит. Мне приказано передать вам пакет. Я сделаю это здесь.
Человек открыл кейс, передал адвокату туго перетянутый резинками пакет из плотной бумаги. Голиков посмотрел на посыльного:
– Подождите, я сейчас!
Он прошел в кабинет, вскрыл посылку, увидел шесть пачек пятидесятидолларовых купюр. Просмотрел одну из них. Спохватился. Что он делает? Не будет же его обманывать Григорьев?
Вышел к человеку в строгом костюме:
– Спасибо! Не желаете ли выпить?
– Нет! Прошу, позвоните генералу, подтвердите получение пакета.
Адвокат набрал номер Григорьева:
– Руслан Юрьевич! Голиков! Только что ваш посыльный передал мне то, о чем мы с вами договаривались. Я подтверждаю это по его просьбе.
Молодой человек покинул квартиру, а адвокат подумал: да, серьезные ребята служат в ФСБ. Этому хоть в глаза не смотри, насквозь простреливает. Такому попади в руки, душу наизнанку вывернет, а добьется своего. Или научился держать себя так, или на самом деле машина убийства.
"Адвокат, наконец, снял с себя костюм. Прошел в душевую кабину. С удовольствием постоял под контрастным душем. Затем с не меньшим удовольствием поужинал. К вечеру у Голикова всегда разыгрывался волчий аппетит.
