В апреле, когда солнце ярко светило и ветер шепелявил, молодой человек все равно решил отправиться к реке недалеко от старинного моста. Вода была слишком мелкой для бассейна, но ощущение свежего запаха речных вод заставляло надеяться на приключение. И хотя идея казалась невероятно глупой, его друзья уже предвкушали момент радости и приключений в этой необычной местности....
– В будущее, товарищ капитан, – не растерялся Олег. – Чую, оно где-то рядом. Это Хафель, отсюда панорама открывается. Вижу парочку целых мостов. Их кто-то обороняет: там баррикады из мешков, головы мелькают…
– Сиди на месте, дальше не ходи… – Трое перебежали одновременно, рассредоточились вдоль парапета.
Здесь хватало ям и выбоин. Усилился сладковатый запах. Вдоль реки дул ветер, но он не уносил вонь, а наоборот, добавлял. В окрестностях водной артерии было безлюдно. Ночь в самом разгаре. Слева через дорогу возвышались городские кварталы с умеренными разрушениями.
На юге и востоке сквозь пелену облаков прорывались багровые отсветы. Городским кварталам не было конца, они тянулись во все стороны. Артиллерия не работала, стихли авиамоторы.
На западе, за рекой, громоздились такие же кварталы. Там был район Шпандау, западная часть Берлина.
В развалинах что-то поблескивало – видимо, мирные жители и остатки «великой армии» грелись у костров. По темным водам плыли трупы, обломки суденышек, ветки деревьев. Неподалеку находился причал, к нему был пришвартован ржавый катер – видимо, в безнадежном состоянии, иначе давно бы уплыл. Очерчивались контуры речного теплохода.
Мосты через Хафель почему-то уцелели. Возможно, Красная армия и не стремилась их уничтожить. Опыт наведения понтонных переправ уже имелся, но не всякая подобная переправа выдержит тяжелые танки. До ближайшего моста было метров четыреста – массивная каменная арка.
"– Согласно последним разведданным, мосты обороняют наши друзья из Гитлерюгенд, – негромко сообщил Ракитин, – мальчишки, проще говоря. Казалось бы, их можно легко опрокинуть, но порой они доставляют хлопоты. В первые дни уличных боев дети пожгли из фаустов несколько десятков наших танков, на многих улицах остановили движение. Не сопи, Шашкевич, я все слышу.
