В апреле, когда солнце ярко светило и ветер шепелявил, молодой человек все равно решил отправиться к реке недалеко от старинного моста. Вода была слишком мелкой для бассейна, но ощущение свежего запаха речных вод заставляло надеяться на приключение. И хотя идея казалась невероятно глупой, его друзья уже предвкушали момент радости и приключений в этой необычной местности....
Да не беда, кто тут нападет…
Старший лейтенант снисходительно усмехнулся, посмотрел по сторонам, снова мазнул взглядом лейтенанта Лизу Быстрицкую. Девушка по-прежнему улыбалась – разве жалко улыбки для хорошего человека?
– А у вас тут весело, товарищ майор, – заметил Суслов, – словно и нет никакой войны. Не рановато купаться?
– А мы моржи, – засмеялся из речки Вобликов. – Богатыри, одним словом.
– И богатырши, – зачем-то добавила Лиза, не принимавшая участия в водных процедурах. «Местные» покатились со смеха, и даже Суслов натянуто улыбнулся, хотя глаза оставались холодными.
– Понял, старлей? – улыбнулся Ракитин. – Разве мы не русские люди?
– Да, конечно, – неуверенно согласился Суслов.
– А выпьешь – так и вовсе море по колено, и холод не чувствуется, – добавил Ракитин.
– Вы выпили? – удивился комвзвода мотоциклистов и как-то недоверчиво моргнул.
– А кто нам запретит? – подмигнул Вобликов. – Всю бутылку в один прием и – мама не горюй! За победу, за то, чтобы гидра фашистская быстрее сдохла в своем логове!
Суслов вздохнул и удрученно покачал головой.
Колонна скрылась за складками местности.
До штаба, включая проверку на посту, колонна могла добраться за три минуты. Андрей облегченно вздохнул, спрыгнул с пригорка и нагнулся за «ППШ». Из канавы, расположенной метрах в тридцати, высунулись два автоматчика в касках, вопросительно уставились на майора. Все это время они лежали в засаде, держа колонну на прицеле.
– Шелех, Мерзоев, отбой! – крикнул Ракитин. Расслабились бойцы в отдалении, уставшие изображать праздный вид. Пока все подтверждалось: время, место, действующие лица и исполнители…
– И чего не одеваетесь? – рыкнул майор на подчиненных.
"– Так она отворачиваться не хочет, – кивнул на Лизу Шашкевич.
Девушка подавилась смешинкой и быстро отвернулась. Рука сжалась в мозолистый кулак и погрозила подчиненным. Выскочил из воды Вобликов, схватился за обмундирование, сложенное стопкой.
Облачались стремительно, дрожали от холода.
