В апреле, когда солнце ярко светило и ветер шепелявил, молодой человек все равно решил отправиться к реке недалеко от старинного моста. Вода была слишком мелкой для бассейна, но ощущение свежего запаха речных вод заставляло надеяться на приключение. И хотя идея казалась невероятно глупой, его друзья уже предвкушали момент радости и приключений в этой необычной местности....
Беззаботность и нетрезвое поведение уже никто не изображал. Ракитин влез в рукава фуфайки, затянул ремень. Подошел наигравшийся в «камешки» Денис Корзун.
– А ведь точно не русские, товарищ майор. Обратили внимание на лица? Как маски – злые такие, напряженные. Один старлей чего-то пыжился, выдавливал из себя… И форма на них со склада. Вот где сейчас, скажите на милость, можно раздобыть форму со склада? Обозы с вещевым довольствием бог знает где, нынче просто не до этого…
– Мы поняли, Денис, – кивнул Андрей. – Это та самая компания, которую мы ждали.
– Бежим к штабу, товарищ майор? – предложил одевшийся Олег Вобликов, – Вдруг нахалтурят или помощь потребуется?
– Отставить. Нечего там толкаться, справятся без нас. Мы свою работу выполнили.
– Уверены, что они ничего не заподозрили? – опасливо спросил Шашкевич, натягивая пилотку. – Мы же не актеры со столичной сцены, играем, как можем, а вдруг переиграли?
– Ясное дело, переиграли, – фыркнул Ракитин. – Плескались, как дети, Лизавета всякую чушь несла.
Шашкевич глухо ругнулся.
– Федор, не материться! – прикрикнула Лизавета.
– Это еще почему? – не понял старший лейтенант.
– А ты подумай, душа твоя крестьянская!
– Чего это крестьянская? – насупился Шашкевич. – Городские мы, с самых низов пролетарских…
Беспорядочные выстрелы порвали тишину, закруглив пустопорожнюю беседу. Несколько рваных очередей… А затем их накрыл дружный залп! Стреляли «ППШ», пулеметы «Максим», потом взорвались две гранаты, и настала оглушительная тишина.
– Обалдеть… – пробормотал впечатленный Шашкевич. – Словно спирта стакан махнул без закуски. Все кончено, товарищ майор?
– Да, другого мнения быть не может, – понадобилось усилие, чтобы изобразить улыбку. – Перенапряглись, товарищи? – майор насмешливо оглядел подчиненных. – Лица у вас, право слово… А с таким задором изображали веселье.
– Знали бы вы, Андрей Михайлович, чего мне стоило это веселье, – потупилась Лизавета.
– Все кончилось, женщина, ступай на свою кухню, – задрал нос Вобликов. – Спасибо за службу, как говорится.
– Я, вообще-то, шифровальщица, – надулась девушка.
– А я что сказал? – Вобликов засмеялся. – А раз шифровальщица, иди и шифруй или что ты там делаешь…
– Товарищ лейтенант шутит, – перебил Ракитин. – Ты молодец, Лиза, в самом деле молодец. Считай, готова к сложным операциям в тылу врага.
