Автор
Солнечный свет играет на лос-анджелесских архитектурных шедеврах, создавая мерцающие искры. Сабина, восхищённая этой красотой, отдыхает в солярии под жаркими лучами, её кожа уже приобрела медово-золотистый оттенок. Вечером она планирует посвятить время идиллической процедуре — загара перед бассейном....
Еще у нас есть молодой, но очень хороший актер, Билл Уорвик, мы его утвердили на роль сына Элоизы. — Взгляд Мела стал вопрошающим. На сей раз Джейн побледнела.
— А как насчет вас, Джейн? Вы будете не против сыграть Джессику?
«Я не могу сказать ему… но должна… — мелькало у Джейн в голове. — Однако тогда он спросит, почему я пришла. И правда, почему? Он подумает, что я играю с ним, и рассердится. Доброе выражение его глаз исчезнет».
Сама мысль об этом ее пугала.
— Я… Я не знаю… Я не уверена, что готова к этому.
— Это не очень отличается от того, что вы уже делали, и я думаю, что вы готовы. Лу, кстати, тоже так считает. У нас с ним была долгая беседа сегодня утром, до того как вы пришли.
«Лу меня проталкивал, прохвост, — возмутилась про себя Джейн. — Он же знает, что я не могу взять эту роль. Почему он позволил, чтобы это зашло так далеко?»
— Мне надо подумать…
— Вы нам очень нужны, Джейн. Очень. Мел назвал сумму гонорара, которую обсуждал с Лу. Джейн так побледнела, что у нее проявились веснушки: «Господи… полмиллиона баксов, — думала она.
— Я… Я очень польщена. Мел.
— Не надо. Вы стоите каждого цента этой суммы… А теперь подумайте и дайте мне знать.
Мелвин улыбнулся, встал и проводил Джейн из офиса, по-братски, тепло обняв ее за плечи. Он был изумлен впечатлением, которое на него произвела эта женщина. Прощаясь с ней, он пообещал еще раз позвонить Лу, а когда сделал это, то накинул еще двести тысяч.
— У него от тебя крыша поехала. Он даже поднял цену.
Джейн чуть не плакала. Она опустилась на стул, держа в руке парик.
— Я не могу дать согласие, Лу. Но это была необыкновенная беседа.
— Какое там необыкновенная! Это лучшее из всех предложений, которые ты когда-либо получала.
