До того, как Сорин присягнул на верность королю, я увидела два явных секрета: сбежать из дворца нелегко и переговоры с монархом крайне опасны. Моя встреча в саду неожиданно встряхнула тишину, ведь даже отсутствие единоличной королевы не делает его безопасным местом для бесед....
Мягкое соприкосновение губ, ладони на щеках, твердое горячее тело, которое прижимается к моему.
В какой-то момент руки Сорина легли на живот, аккуратно его погладили, а потом спустились ниже, потянули вверх ткань юбки. Меня прошибло мурашками от пяток до макушки. Я так соскучилась по нему, по его рукам, по запаху, по ощущению принадлежности. Не скучала я, наверное, только по ощущению прогулки по канату над пропастью, которое всегда сопровождало мои отношения с Сорином. В какой-то момент все в порядке и дорога впереди кажется прямой, а потом — один взгляд, брошенный по сторонам, осознавание того, где вы находитесь и что вас сюда привело, в пух и прах разбивает эту иллюзию.
В этот раз мы не удосужились даже целиком раздеться. Я так и осталась в задранном до пояса и спущенном с плеч платье, одежда Сорина тоже осталась при нем — было немного жаль, потому что — чертовы кубики, которые свели меня с ума много месяцев назад. По ним я скучала.
После близости я обняла Сорина и изо всех сил притворилась спящей. Забыла и про шум в коридоре (слава Огненному, он больше не повторялся), и про все на свете.
И к чему все это приведет?
Мы же не можем прийти к королю и сказать: “Уважаемый Ариан, мы помирились. Вы нас простите, но давайте прокрутим фарш назад и отменим помолвку. Мы с Сорином уедем обратно в Бьертан, а вы тут сам как-нибудь разберитесь с тем, кого сделать наследником”.
От мыслей о будущем хотелось забаррикадировать дверь комнаты изнутри и никогда не выходить. Сорин молчал, но я была уверена, что он тоже не спит. Хотелось думать, что в его голове бродят похожие мысли, но я понятия не имела, о чем он думает.
Собрав всю волю в кулак, я села. Подтянула повыше нижнюю сорочку и платье — длинный ряд пуговок так и остался расстегнутым, так что оно спадало с плеча, — поправила юбку и наконец посмотрела на Сорина.
Он встретил мой взгляд, кажется, без единой эмоции, даже не подумал поправить расхристанную одежду. Невольно вспомнилась его обычная довольная улыбка после секса, расслабленное тело. Сейчас он был собранным, сосредоточенным и спокойным.
— С тобой все в порядке? — вырвалось у меня. — После того… случая в зале суда. Что он с тобой сделал?
Лицо Сорина на секунду перекосило от злости, а затем он встал и принялся поправлять одежду, не глядя на меня.
