До того, как Сорин присягнул на верность королю, я увидела два явных секрета: сбежать из дворца нелегко и переговоры с монархом крайне опасны. Моя встреча в саду неожиданно встряхнула тишину, ведь даже отсутствие единоличной королевы не делает его безопасным местом для бесед....
— Он предназначен для того, чтобы я мог поддерживать т… своего наследника.
Он чуть было не сказал “тебя”? Или мне послышалось?
— Вот как. И что?..
— Соитие самый простой способ поделиться силами с тобой здесь и сейчас. Раз уж ошейник ты решила отвергнуть.
Он сказал об этом так спокойно, как я могла бы сказать, например, о том, что сладкая каша на завтрак лучше всего, раз уж в доме нет булочек. Нет, он серьезно?! Я вспомнила, как хорошо мне было всего несколько минут назад, как я радовалась и как Сорин, чтоб ему провалиться, меня целовал.
— Моего обычного присутствия было бы достаточно, но это слишком медленный вариант, — невозмутимо продолжил он.
— Соитие, значит, — прошипела я. Соитие! Хорошо, что не “случка”! — Не подходи ко мне больше, слышал? И не дотрагивайся до меня!
Я замахнулась, чтобы ударить Сорина по лицу, но он удержал мою руку. Стоило ожидать, что хватка будет грубой или болезненной, но он едва касался меня, обхватив пальцами запястье в кольцо.
Чтоб тут все провалилось! Игрид, чтоб тебя комар укусил!"
"— Нет, — негромко сказал Сорин, наклоняясь ко мне, — все будет не так. Я на шаг от тебя не отойду и, обещаю, сделаю все, чтобы этот выскочка получил по заслугам.
Брошенное вскользь “и тебя тоже” ударило наотмашь.
— Зачем тебе это? — твердо глядя ему в глаза, спросила я.
— Ты носишь моего ребенка, — бросил Сорин.
— И это все?
Он сжал зубы, продолжая удерживать мою руку.
— Послушай, хоть раз в жизни меня послушай. Я…
Раздался стук в дверь, и я вздрогнула.
— Леди Кэтэлина, — невозмутимый голос Перса звучал глухо, но достаточно громко. — Если вы уже достаточно отдохнули, то позвольте проводить вас в ваши покои.
— Праздничном пиру? — пискнула я, глядя на Сорина.
Вырвала у него руку и, не сдержавшись, показала оттопыренный средний палец. Его брови взлетели вверх, взгляд стал непонимающим. Ну конечно, он не знает таких жестов. “Мудак”, — одними губами произнесла я.
“Сама такая”, — отликнулся он так же беззвучно.
