Тревожно-зловещая атмосфера ложится на страницы этой книги, как мокрый пушистый мех на сильном холоде. Сцена знакома и захватывающая: человек чувствует себя ужасно потерянным в темном пространстве. Активность мысли при этом резко падает, заменяясь острыми ощущениями боли и неясности....
Не сказать, что я какая-то завзятая театралка, но всё же было жутко интересно своими глазами посмотреть на то, что представляют из себя высокие дворцовые развлечения.
К этому времени, придворный балет (как изначально и создавался этот грандиозный королевский проект) уже прекратил своё существование и на смену ему пришла опера. Здесь формировался вкус к искусству для всей Франции.
Конечно же, опера представляла собой «королевский заказ». То есть началом любой постановки был аллегорический оперный пролог, в той или иной форме прославлявший личность монарха.
Создателем этого вида искусства считался композитор Жан Батист Люлли[10], который, собственно, и был главным либреттистом. В тот день давали «Амадиса Галльского». Постановка поражала нереальной роскошью, пышностью декораций и костюмов. Средств здесь явно не жалели и делали всё, как того требовал двор, желавший ярких зрелищ и праздника.
Но, как мне пояснили, основным моментом эпатажности новой пьесы стал именно сам сюжет.
О-о-о! Главный герой оказался таким душкой — воодушевленным и храбрым, с культом дамы, чести, верности. Он защищал слабых, побеждал сильных и имел при том нежное сердце — женская часть зрительного зала — рыдала от восторга! Мужская — воодушевлённо «распускала хвосты».
Вечер выдался совершенно потрясающий.
Однако, развлечения — развлечениями, а работу никто не отменял. В назначенный час мы снова стояли в кабинете главного стольника.
В этот раз месье де Ла Рошгийон был настроен гораздо более благожелательно, чем в нашу первую встречу. Я так поняла, монаршии особы оценили скорость и качество исполнения королевского заказа. Посему, он выразил большое удовлетворение от так удачно начавшегося сотрудничества и был готов оказывать нашему предприятию всяческое содействие.
"После обсуждения деловых вопросов, уже перед самым концом беседы, видимо, в порядке поощрения и выражения своей благосклонности, стольник выдал нам с Полем приглашения на большой приём по случаю знакомства молодого короля с будущей женой.
На самом деле для нас это было знаменательное событие — не так-то просто «с улицы» попасть на королевское мероприятие такой значимости.
