Автор
В "Селфи на балконе" Снатёнкова переносит читателя в мир, где каждое действие тщетно пытается скрыться от ушной башни. Как незаметный комок зажигательного каламбура, который в одно мгновение превращается в оглушительное драконье вой синхронизирован со стуком в двери и грохотом обрушивающейся на пол входной двери. Внутри — фурия, готовая вылить всё вино из бутылок по всем углам, а неумолкаемый голос: "С какой по счёту за эту неделю?"...
Смотрю в салон, где на задних сидениях мои пакетики лежали, а там пусто.
Правда, что ли, все перенес?
— Я могла твое имя повторять.
Хм. Зачем скрывать очевидное?
— Ты его и повторяла. «Даня. Даня мой. Корнеев дорогой».
Блин, зря ему коробка тяжелая на ногу не упала.
Не разговаривал бы сейчас так.
— А в конце добавляла, как же ты меня достал. Видишь, мой спящий мозг даже тебе об этом говорит, а ты не веришь.
— Думаю, вы на пару с мозгом обманываете себя.
Да с чего он решил, что может делать такие выводы?
— Корнеев, а можно я еще разочек побуду наглой?
— Что, опять? Ты смотри в отрыв не уходи.
— Я сама к дальнобойщикам не поеду. Уж лучше с тобой.
— Хоть на этом спасибо. — фыркает в ответ, и отодвигает меня от машины, чтобы закрыть дверь и включить сигнализацию. — Так в чём наглость?
— Пошли уже к тебе. Я спать хочу, а ещё ужасно хочется кушать.
— Как ты умудряешься каждый раз удивлять меня?
Не поняла, чему он сейчас-то удивился, но переспрашивать не стала.
— А я, вообще, талантливая. — цокаю языком, одновременно стреляя глазами.
Но, когда вижу его улыбку, тут же становится неудобно за свои действия.
Тусь, ну, как маленькая, ей-богу.
Соберись уже."
"Это еще хорошо, что Корнеев понял моё смущение и промолчал. Он этим себе ещё один плюсик заработал в свою личную копилку. Что мне потом с этими плюсами и минусами делать, ещё непонятно.
Позже разберусь.
— Пошли, талантливая. Пиццу закажем.
— Не нужно пиццу, давай просто картошку пожарим и спать ляжем.
— Смею вас огорчить, но в моем холодильнике из еды, только дохлая мышь. И повесилась она, уже давно.
— А у меня есть.
— Картошка? — останавливается и неверящим голосом переспрашивает парень.
— Ага.
Я когда вещи собирала, немного и продуктов своих забрала. Все-таки переезд. Район незнакомый, и не хотелось в первый же день бегать и магазины искать, чтобы голодной смертью не пасть.
— Я что, картошку на себе тягал?
— С крещением, барин. — Хлопаю его по плечу, и, не дожидаясь ответного выстрела, первая иду в сторону лифта.
А что? Я здесь уже была. Дорогу знаю.
Как только мы зашли в квартиру, Корнеев сразу же провел меня в комнату, где на полу стояли мои огромные баулы. Вот честно, они своим видом немного портили все впечатление об интерьере.
