Автор
Снаружи видно множество одинаковых Комков, напоминающих огромные куски липкой массы. Внутри же скрывается загадка: комок с двести этажами прячется внутри. Это место словно замкнутое пространство, где каждый уголок затаил дыхание, ожидая нового открытия или приключений....
Тело обратилось в песок.
– Ты чего? – закричал Василий. – Ты чего творишь, старый хер?
Не обращая на него внимания, деда Боря молча пошел к висящим заготовкам монстров. Те задергались, завыли. Ближайшая женщина опять простонала:
– Снимите меня…
Может быть, мы бы и сняли.
Вот только вслед за этими словами она издала шипящий звук и резким движением руки попыталась ухватить и притянуть к себе деда Борю. А когда не вышло, жутко, пронзительно захохотала.
Деда Боря выстрелил ей в сердце. Потом застрелил еще одного монстра.
– Василий, заканчивай остальных. Чтоб ничего не осталось.
– Ты чего, ты зачем Юрку! – выкрикнул Василий, тряся в воздухе пистолетом.
– Он всё сделал правильно, – сказала Елена. – Мы уходим, следов не оставляем. Да соберись, ты ж не баба!
Василий собрался. Побрел к дергающимся монстрам.
– Парень, ты как? – спросила Елена.
Я посмотрел на Виталия Антоновича. Тот закончил пинать мертвого монстра и теперь менял магазин в автомате.
– Нормально, – сказал я.
Ничего нормального на самом-то деле не было.
Мы убили недоделанных монстров и их хозяев. И одного почти готового монстра.
Но тот, кто приходил к моей квартире и угрожал через дверь, «говорил» мужским голосом.
Одна тварь осталась на свободе.
Глава девятая
Не знаю, в звукоизоляции ли дело, или со стороны жилого комплекса были не квартиры, а нежилые помещения, или просто люди постарались не услышать выстрелы…
Люди хорошо это умеют делать. Всегда можно сказать себе, что идет ремонт, работает отбойный молоток или кино кто-то включил на полную громкость, а никакой стрельбы нет.
Помещение мы убирали минут пять, полиция за это время должна была бы приехать – все же центр Москвы. Но Виталий Антонович сказал, что лучше уж успеть уничтожить все следы налета, чем кинуться в бегство с сумками, полными оружия. Нет тел – нет и состава преступления.
Одежду Юрия убрала в его сумку Елена. Похоже, у нее нервы были крепче, чем у остальных, все-таки профессия сказывалась.
Может быть, конечно, стоило оставить в живых одну из тварей. Может быть, та женщина, что разговаривала, пошла бы на контакт.
Но мне кажется, она просто попыталась бы нас убить. Что-то в ней уже изменилось бесповоротно, хоть телом она еще походила на человека.
Мы вышли из клиники и двинулись к скамейке, где ждала нас Милана.
