На Ровению надвигается угроза в лице подпольной организации "невидимок", стремящейся очистить государство от людей без магических способностей. Общество раскалывается на две враждующие стороны. В разгар противостояния разворачивается острая борьба за будущее королевства и право на жизнь...
— Зачем? — сощурился тот, открывая глаза. — Я уже нашёл. Она свободна. И я буду её добиваться.
Парни удивлённо переглянулись.
— После того, как она покромсала вас? — глаза Дана полезли на лоб. Май бросил на дядю любопытный взгляд, а Анатоль на мгновение тоже удивлённо замер.
— Господин Данери специально позволил сделать это, чтобы ровена смогла выплеснуть своё разочарование и боль, — со знаем дела произнёс Мик.
— Ты-то откуда знаешь? — удивлённо уставился на друга Дан.
— Я столько людей «прочитал», что здесь напрашивается одна причина покладистости такого сильного мага, — спокойно ответил менталист.
— Но она может снова... — начал Анатоль.
— Я же не идиот какой, — поморщился Данери, вздохнув и со скепсисом посмотрев на целителя, — чтобы снова дать возможность убить себя. Вы за кого меня принимаете? — он цепким внимательным оглядел парней. — Мне почти сто лет и, поверьте, я знаю, что делать, чтобы завоевать понравившуюся женщину и заслужить её прощение.
— И что вы собираетесь делать? — с любопытством поинтересовался Анатоль. Остальные молодые маги тоже с интересом уставились на Данери.
— Я тоже хотела бы послушать ваш занимательный план, господин Данери, — резкий голос гневной Фурии заставил вздрогнуть от неожиданности всех мужчин в комнате, кроме самого Данери. — Желательно, с подробностями, — процедила Мадлен.
Она стояла в дверном проеме зала. Уже искупанная, переодевшаяся в чистый брючный костюм, принесённый Двойником, очень красивая и очень злая. Или скорее — взбешённая донельзя. И снова причиной стал тот же субъект.
Эдвард Данери встретился взглядом с гневными фиалковыми глазами Фурии. Лицо мужчины стало непроницаемым, а глаза спокойными.
— План я оставлю при себе, — ровно ответил он. — А для начала хотел признаться при свидетелях, что действительно понимаю, каким выгляжу в твоих глазах уродом и скотиной.
Мадлен выразительно изогнула бровь и сложила руки на груди. Парни-маги стали топтаться у выхода из комнаты, только Мадлен загородила проход, никого не пропуская, и никто из них не осмелился её потревожить и даже близко подойти.
— Куда же вы... э... свидетели? Послушаем старого дядю, — прошипела Фурия. — Пока он не издох и в состоянии строить... планы, — последнее слово она будто выплюнула.
Эдвард Данери еле сдержался от неуместной улыбки. Маленький шажок вперёд сделан — Мадлен уже не кидается на него и даже готова послушать.
